Сюзанна и Александр

Она, кажется, готова была отчитать меня, как школьницу, за напрасное беспокойство и, похоже, вообще была склонна без особого почтения относиться как к хозяину, так и к его гостям.

– Ну разве… разве меня не заперли? – спросила я озадаченно.

–– Вас заперли, потому что на это была причина. Вас заперли, потому что это было разумно.

–– Разумно?

– Да, иначе, сударыня, вы могли встретиться с той дамой, которая была в другой комнате. Монсеньор находил это нежелательным.

Она называла Талейрана “монсеньор”, словно тот ещё был епископом.

–– Теперь эта дама уехала. Можете не беспокоиться.

–– А где сейчас господин де Талейран?

–– Монсеньор вот уже полчаса как работает. Он просил вас зайти к нему в кабинет после того, как вы приведёте себя в порядок.

Шарлотта принесла мне воды и ещё целый ворох одежды: платье, шёлковые чулки с подвязками, изящные туфельки из мягкой кожи. Я обратила внимание на платье: модное, из дорогого тёмного бархата, очень хорошего покроя. Оно почти подошло мне.

–– Когда вы будете уезжать, найдётся приличный плащ и шляпа, – сказала Шарлотта.

–– А чья это одежда? – спросила я забеспокоившись.

–– Госпожи герцогини Фитц-Джеймс.

–– И она… она не обидится, что я взяла её вещи?

– Не обидится. Она ездит по всяким домам, и у неё так много вещей, что она даже не знает толком, что ей принадлежит.

Она развернула зеркало так, чтобы я лучше себя видела.

– Ну-ка, давайте я вас причешу.

Руки этой служанки были так ловки, что, пожалуй, даже Маргарита с ней не сравнилась бы.

Она уложила мои волосы, завила их, надушила и потратила на всё это едва ли пятнадцать минут.

– Это невероятно, – сказала я с улыбкой.

–– Ещё бы! Монсеньор знает, кого нанять!

Часы оказывали уже десять утра, когда я с сильно бьющимся сердцем приоткрыла дверь кабинета.

Талейран, такой же аккуратный и собранный, как и вчера, сидел за своим рабочим столом и быстро что-то писал. Перо брызгало и рвало бумагу. Чуть в стороне лежал незапечатанный пакет. Министр, едва подняв голову, кивнул мне, приглашая сесть и подождать.

Я опустилась на жёсткий стул с высокой спинкой, но сидела очень прямо, напряжённо сложив руки на коленях. Несмотря на то, что все обстоятельства мне благоприятствовали, я не могла избавиться от волнения. Как-никак, сейчас я узнаю, как сложится моя судьба. Придётся ли мне уезжать в Бретань, оставив после себя славу преступницы, или я буду жить в Париже и посрамлю своего врага.

Конец ознакомительного фрагмента.