Нория

– Я разве не заплатил за трехразовый рацион, милочка?

– А, вы уже проснулись! Что-то долго!.. – забыв о подкатывавшем предчувствии недоброго, Деб поспешила в дом. – Спросите еще, что будет папа, пожалуйста, – сказала она фараону, заходя на кухню.

– Кстати, он уехал.

– Уехал?! – Деб замерла, не успев засучить второй рукав.

– Да, позвонил с работы вчера. Ты уже спала.

– Так куда уехал?

– Срочная командировка. Надеюсь, это никак не отразится на условиях проживания?

– Он не назвал места?

– Главный офис, понятия не имею, где он.

 – Пораженная, Деб прислонилась к дверце духовки – ноги заскользили по полу, и комната завертелась перед глазами.

– Я знаю, где это. Там сейчас неспокойно, – прошептала побледневшими губами Харди.

– Война? – переспросил фараон и прибавил. – Мои два старших брата умерли на войне, – кажется, он пытался посочувствовать, но слово «война» только раздразнило воображение девочки. Мрачные схематичные картины, словно декорации к фильму, возникали и распадались в ее голове, и из их обломков возводились все более жуткие и грандиозные построения.

Завтракали молча. Деб ела быстро и сосредоточено, словно собирала винтовку. В этот раз она не пользовалась ножом – делила яичницу вилкой. Так проще. Харди теперь открылось множество способов, как сделать проще. Можно было б и вовсе не готовить, а так – в сырую. Ведь и в сырую едят. Можно и лужайку не стричь, ведь Нелли Итан не стрижет – и ничего, не умерла.

– Война, значит, – заговорил фараон, впервые сам нарушив тишину. – Мои два старших брата умерли на войне. Благодаря войне я получил власть и новых рабов, – сладко протянул Озимандия, сощурив глаза, словно разглядывая вдали свое прошлое. Оказывается, он не сожалел вместе с девочкой, а пытался ее развеселить. И чем?! Войной!

– Это отвратительно! – впервые нагрубила ему Харди.

Чтобы освободиться от гнетущей тишины, она включила радиоприемник.

Диктор говорил что-то о войне и об официальном открытии пляжного сезона. Каждое слово пересыпалось мелкими помехами, словно диктору в рот забивался песок, а он отплевывался. Деб чуть накренила в сторону антенну. Помехи только усилились, будто вместо песчинок посыпались камешки.

– Дурацкая машина! – девочка занесла руку над приемником.

– Это можно исправить. – Харди чуть не шлепнула по руке Озимандию.