Жертва

– Так вы еще и думать умеете? Ничего себе новости! А так сразу и не скажешь! Великие силы, за что мне это всё?

– Вы не могли бы перестать вести себя как… – вспылил юноша, но осекся.

– Как?– Фелисса вонзила в агента тяжелый и полный ненависти взгляд.

– Как стерва… Может, убавите пыл немного? – непосредственность в общении с женщинами была той чертой характера, за которую эти самые женщины любили и ненавидели Гидеона.

– Я очень устала… Уходите. Буду ждать вас утром, – повернувшись к нему спиной, ответила чародейка.

– Хорошо. До завтра, – согласился Гидеон и быстро удалился.

Выйдя на улицу, юноша вдохнул городской воздух, немного прокашлялся и бодро зашагал домой, по пути размышляя над словами Фелиссы о некой группе профессионалов. Если всё так серьёзно, то одному ему точно не справиться. Понадобятся серьезные ресурсы, которых, увы, не было. А была лишь злобная чародейка, от которой никакого толку.

«Тоже мне, спец по поискам. – хмыкнул Гидеон. – Надменная сучка. Фелисса Лейд.

9

Гидеон и Фелисса приехали в Соломенный квартал в той же карете, что и прежде. Сияющая яркой краской и позолотой повозка совершенно не вписывалась в местный антураж, и возница, опасливо озираясь, поглаживал рукоятку корда.

– Не бойся, здесь нынче тихо, – успокоил его Гидеон. И, улыбнувшись, добавил, глядя в сторону Фелиссы: Но если что, зови на помощь! Наша чародейка кого угодно в гроб загонит!

– Ага, щас, – здоровяк-извозчик был не робкого десятка.

– Смотри. Мы недолго!

Агент и чародейка прошли к нужному дому и на сей раз без труда попали внутрь. Мона узнала Гидеона и сразу отворила ему дверь.

– Ты опять одна?

– Да… Я боюсь уходить из дома.

– Понятно. Слушай, нам нужны вещи твоей мамы. Эта госпожа – чародейка, и она поможет нам разыскать её, – заговорщицки улыбнулся юноша.

– Правда? – Мона вытаращилась на женщину так, словно ей представили саму королеву. – Вы найдёте маму?

– Да, госпожа постарается найти её.

– Да! – девочка подошла к большому коробу в углу и подняла крышку. – Вот здесь.

Фелисса принялась за работу, пока Гидеон беседовал с Моной.

– Твоя подруга так и не вернулась? – спрашивал он.

– Нет, – грустно ответила девочка.

– А у тебя осталось что-то от неё? Может, одежда или вещи? Что-нибудь?

– У меня осталась только куколка. Вот эта.