Кодекс недотроги

Странный какой-то, витает где-то. Да и фиг с ним.

Брюнетка старалась. Даже очень. Извивалась так, что в какой-то момент мне показалось, она кольцом скрутится, как змея. Стонала и вздрагивала в моих руках, бурно кончая. Пресно. Наиграно. Ординарно. Не цепляет.

Когда мы закончили возвратно-поступательные движения, и я предоставил организму необходимую разрядку, то, не вставая с кровати, протянулся к смартфону.

– Вызову тебе такси. Говори адрес.

Брюнетка обиженно хлопала глазами, натягивая простынь на грудь. Ну, а что ты хотела, милая?! Вечной и чистой любви, которая внезапно вспыхнула в ночном клубе и продолжилась в постели у первого встречного? Не бывает так.

И любви этой вашей не бывает. Есть потребность. Выгода. Польза. Пока два человека взаимовыгодны друг другу – это партнерство. Как только кто-то перестает приносить пользу, партнерство разрывается.

Кстати, тем больше меня удивляет Ромка со своими многолетними поисками «той самой». Но переубеждать бесполезно. Это я понял давно. Каждый раз он находит и каждый раз, в мгновение ока, она оказывается совершенно не «той самой».

Сорванный контракт и бессонная ночь вымотали окончательно. Всё воскресенье провёл дома. Заказал еду и впихивал её в себя, глядя в экран на кадры какого-то, не обремененного смыслом, боевика. Надо бы почаще позволять себе выходные.

Немного успокоив нервы и определив новую бизнес стратегию, в понедельник я решительно принялся за дело.

– Алиса, подготовьте документы по «Максиме» и принесите ко мне.

Мышка кивнула, устремила взгляд в монитор и запустила принтер.

– Я их ещё нагну! Не на того напали! – подумал я, сжимая зубы.

– Можно? – постучав, мышка просунула голову в мой кабинет.

Я кивнул, и она, прикрыв за собой дверь, подошла ближе и протянула мне увесистую стопку бумаг.

– Спасибо, Алиса. Пока можете заниматься своими делами. Вы мне понадобитесь чуть позже.

– Хорошо, – она качнула головой и повернулась к выходу.

Дверь кабинета резко распахнулась и свободолюбивая туша Романа вихрем ворвалась в мой кабинет, до смерти перепугав мышку.

И куда только охрана смотрит?!

– Je vous demande pardon, mademoiselle*, – картавя на французский манер, обратился друг к девушке, когда та в испуге прижала руку к груди.

(*Прошу прощения, мадмуазель, – франц.)

Мышка улыбнулась.

– C'est bon*.

(*Все в порядке, – франц.)

Друг опешил и поторопился перейти на русский, пока этот полиглот не просекла, что с Францией его роднит только картавое «р».