Знак чудовища

Она окружала со всех сторон, мешала дышать, лезла в ноздри, в рот, в глаза… Сделав несколько шагов в глубь дома, Сигмон совершенно потерялся. Было настолько темно, что ему на секунду показалось, что он ослеп. Курьер тут же пожалел, что не захватил с собой факел или хотя бы свечу, но сокрушаться было поздно. Оставалось лишь идти дальше – возвращаться он не собирался.

Слушая гулкие удары сердца, Сигмон шагал вперед, водя перед собой клинком. Он помнил, что коридор длинный, и поэтому шел без опаски, стараясь не сворачивать, чтобы не заблудиться в темноте и не войти случайно в открытую дверь.

Но на десятом шагу он испугался. Со всех сторон его окружала темнота и пустота, реальным был только пол под ногами. Курьер остановился, чувствуя, как его начинает тошнить. Вроде бы коридор не настолько велик, он должен давно кончиться – обычной деревянной дверью. Сигмон взмахнул саблей – направо, потом налево… Ничего. Пусто. Показалось, что он стоит посреди огромной темной пещеры и что никакого коридора на самом деле нет.

Есть только ненасытная утроба дома колдуна, готовая поглотить незваного гостя, растворить в себе, размазать тонким слоем по стенкам каменного желудка…

Стало жарко. Капля пота шустрым клопом пробежалась меж лопаток, скользнула на поясницу и спряталась в штанах. Сигмон застонал и отступил на шаг, чувствуя, как дрожат ноги. Страх пробирал до самых печенок, заставлял судорожно всхлипывать и молить о пощаде. Нельзя. Если сейчас повернуть, броситься наутек, сломя голову, без памяти… Нет.

Невозможно.

Сжав зубы, Сигмон нерешительно шагнул вперед, опасаясь, не исчез ли пол. Под ногами по-прежнему был камень, твердый и холодный как лед. Тогда Сигмон взмахнул клинком, и снова – ничего. У него вдруг закружилась голова, словно он стоял на тоненькой дощечке, перекинутой через бездонную пропасть. Курьер покачнулся и застыл на месте, боясь пошевелиться. Стараясь сохранить равновесие, он взмахнул руками, как заправский акробат, глубоко вздохнул и почуял запах сирени.

Тот самый мерзкий запах, что намертво въелся в его память. Тотчас горячая волна крови ударила в макушку, в ушах загудело, и виски отозвались болью. В темноте проступил светлый силуэт девушки с длинными светлыми волосами… Проступил – и тут же исчез, словно его никогда и не было. Сигмон, не помня себя от гнева, шагнул вперед, притопнул ногой, выругался, а потом пошел дальше, наплевав на все страхи. На пятом шаге сабля с глухим стуком воткнулась в дерево.