Слав 6. Дорога домой

Кроме ощутимой потери веса Слав заметил, что шерсть Шуйи за прошедшие восемь лет успела поседеть. Как будто троллиху настолько иссекли мечами эльфов, что седые шрамы не оставили на её теле ни одного живого места. Кожа на лице как-то странно местами усохла, а местами, наоборот – слегка обвисла. Ничего отталкивающего в этом Слав не заметил. Просто ему было больно видеть, как обнажились зубы и дёсны Шуйи. Под глазами, которые остались единственным, в чём пока ещё царствует жизнь, появились неприятного вида мешки.

Да и в остальном облике Шуйи сквозит какая-то необъяснимая словами обречённость. Славу показалось, что троллиха настолько устала от жизни, что давно предпочла бы умереть. Но до сих пор продолжает жить по какой-то непонятной ему причине. Слав подумал, что, окажись он на месте Шуйи, так давно перестал бы сопротивляться и с радостью отдался бы в руки Маре.

Сколько прошло времени, Слав не смог бы сказать. И спрашивать потом ни у кого не стал. Всё равно. Для него прошли часы.

А если при этом на самом деле прошло не больше нескольких секунд, – для него это уже не имеет никакого значения. То есть – совсем не имеет.

Наконец, Шуйя, криво усмехнувшись, едва слышно сказала:

–Вижу, мой вид тебя удивил, Слав. Подойди ближе. Чего застыл-то?

Словно опомнившись, Слав торопливо приблизился к ложу. Опустившись, он сел рядом с Шуйей на пол, согнув при этом ноги «по-турецки».

Окинув человека ещё одним оценивающим взглядом, старая троллиха снова усмехнулась:

–Ох-х! И напорола бы я тебе задницу, Слав! Ты чего так долго пропадал-то? Совсем стыд потерял?

Слав грустно улыбнулся:

–Да я и сам готов себе задницу напороть! Вот только неудобно.

А другому подставлять её как-то не хочется. Не так я воспитан. Шуйя, ты чего это помирать-то надумала? А кто будет хворых и раненых лечить? Кто будет нам, молодым, указывать, как надо правильно жить? Может, я смогу тебя на ноги поставить?

Слав даже попытался, с силой потерев руки, положить ладони на грудь и лоб Шуйи.

Однако старая троллиха, снова усмехнувшись, одним только лёгким движением иссохшей руки пресекла его неловкую попытку. С усмешкой посмотрев в глаза человеку, Шуйя всё так же тихо сказала:

–Ну, уж нет, Слав! Я и так слишком надолго задержалась. Пора мне. Вот, только и ждала, пока ты приедешь. Думала уже, что так тебя и не увижу. Ну, а теперь-то уж… – Она глубоко и, как показалось Славу, с чувством глубокого удовлетворения, вздохнула.