Девчонки, погоны. Книга IV. Сквозь тернии и боль

За все это хотелось Саше еще раз душевно поблагодарить своих родителей. Схватив в правую руку мыло, слегка нагнувшись вперед, Сашка принялась ожесточенно намыливать шорты.

Костенко шагнула ближе, доверительно зашептала ей на ухо:

– Сашенька, ты только не пойми меня превратно, но у тебя на заднице зияет обалденная прореха! Твои цветочные труселя рискуют не дожить до очередной стирки!

– Ой! Черт! – нащупала Саша пальцами предательски и совсем не вовремя разошедшуюся материю, густо покраснела, в уголках ее глаз проступили отчаянные слезки.

 – Мамочки!

Затравленно оглядываясь, Кошкина пыталась найти для себя приемлемый выход из создавшегося положения. О чем-то подобном она думала еще дома, когда мать отказалась дать ей денег на покупку нового и приличного нижнего белья. И вот она из-за скупости своих предков угодила в полный кизяк, из которого ей никогда и никак не выбраться. Сейчас она станет посмешищем всего их лагеря, и до конца учебы ей не отмыться от этого чудовищно позорного пятна.

– За что мне все это, а? – опустилась Сашенька на корточки и разрыдалась.

 – У всех девчонок родители как родители, а у меня жмоты и скупердяи! Ненавижу все! Пойду, утоплюсь!

– Сашенька! Что ты? – присела Крис рядом, обняла ее. – Ну, и чего мы тут разревелись? Будто девочка из ясельной группы! И сколько годиков нынче нам исполняется?

Прикрывая свое лицо, Кошкина надрывно простонала:

– Стыдно мне, Крис, стыдно! Даже трусов мне не дали в дорогу! Ты тоже надо мной посмеешься, но нет у меня иного белья на смену, даже одеть мне сейчас нечего! Нищенка! А все туда же, в общество приличных людей, пытаюсь я с наглой рожей влезть!

– Бедность, Сашенька, это вовсе не порок! – опустилась на ее плечико дружеская и понимающая рука.

 – Это обычное состояние большей части простого и обыкновенного народа. Так что, Сашка, стыдиться тебе, в общем-то, нечего!

– Тебе, Кристинка, легко говорить! Ты с утра свистнула, и тебе половину магазина свезли, бери и пользуйся! – всхлипнула Саша. – А мне попросту свистнуть некому…

– И точно! – моргнула, вскочила Костенко и умчалась.

В полнейшем недоумении Сашенька осталась одна, принялась выкручивать, выжимать свои шорты, которые собиралась она надеть на себя, чтобы ими прикрыть свою стыдобу.

– На-ка, Сашка! – держала Костенко в руке новенькие трусишки, шортики и футболку. – Быстро все на себя надевай!

– Я не могу, Крис! Мне неудобно! – выставила перед собой протестующие ладони, отрицательно замотала Саша головой.