Девчонки, погоны. Книга IV. Сквозь тернии и боль

Держись за нас…

На завтраке сильно проголодавшаяся Сашенька накинулась на жидковатую на вид пшенную кашу, сваренную на одной воде, словно перед нею выставили самые отменные и вкусные яства.

– Как она это ест? – поморщилась Вика. – Мне и кусок в горло не лезет, а она уже вторую тарелку уминает!

– Зажралась ты, сестричка! – пихнула ее в бок Славка. – Не у всех старшие сестры под боком живут. Ника, доставай…

– Достаю уже! – усмехнулась Вероника и выставила на стол небольшой пакет, вынула из него батон и банку с повидлом.

– Угощайся! – придвинула Славка самый большой кусок к своей соседке, старательно отворачивающей голову в сторону.

– Кушай-кушай, Сашенька, и никого не слушай!

– Спасибо вам! – моргнула Сашка признательно, а по ее щеке предательски покатилась слезинка. – Вы, девчонки, такие…

Саша никогда не могла похвастаться тем, что у нее имелись хорошие подруги. Их не наблюдалось ни в школе, ни в универе. А тут суток не прошло, как у нее нарисовалось несколько подружек, которые от нее ничего не требовали, жили своей жизнью; и ее они туда незаметно и гостеприимно запустили, вовсе непритязательно и необременительно окружили своей мягкой заботой.

Руководство лагеря, оценив все масштабы прошедшего у них ночью мощнейшего ливня, поставило задачи на устранение всех его последствий. Шпак вернулся в свой рабочий кабинет.

– Грач, проблемы! – ворвалась в штаб сильно возбужденная Марго, командир второй курсантской роты.

 – С КПП передали, что сейчас к нам привезли родственницу Зама министра. Видишь ли, девице тоже приспичило поступать в военный институт, романтике ей захотелось, чтобы ей перо в задницу кто-то бы вовремя вставил, чтобы ей в ее головку всякие и разные дурные мысли не приходили, чтобы не портила она жизнь простым человечкам…

– И? – прищурился Шпак. – В чем тут проблема?

– По телефону строго предупредили, что мы головой за нее отвечаем! – пояснила, делая огромные глаза, Саркисян.

 – Этого нам только для полноты нашего дурдома не хватало! Привезут к нам рафинированную барышню, капризную недотрогу. И возись потом с нею! Хлопот не оберешься! С ума можно сойти…

Подполковник, женатый на племяннице Зама министра, особо не напрягся, неопределенно пожал левым плечом, произнес:

– Ну, посмотрим. Пусть эту барышню приведут ко мне.