Девчонки, погоны. Книга III. Обстоятельствам вопреки

 – В них целиком заключается вся моя будущая жизнь…

Услышав обиженное сопение, Олька в расстроенных чувствах вскочила с постели, зашагала в темноте, молчала и чувствовала, как внутри у нее закипает глухое раздражение, вызванное пониманием того, что Зимин по кругу прав, а ей и возразить ему практически и нечем, и нет у нее желания оправдывать саму себя.

– Скажи, Левушка, что я в корне не прав! – послышалось из темноты, и это переполнило чашу ее терпения.

– Замолчи! – взорвалась Оля, подскочила к постели.

 – Не беси меня своими расспросами! Пристал ко мне, как репей, как банный лист! В печенках у меня сидишь! Нудишь и нудишь! Ненавижу! Испортил мне все своим проклятым нытьем! Весь кайф мне поломал! Вытоптал мне всю малину! Медведь…

Минут десять, повернувшись друг к другу спинами, они молча лежали, потом примирительная девичья рука легким и нежным касанием дала парню знать, что яркая вспышка Олькиного гнева окончательно прошла и она готова к примирению.

– Возьми меня, Зимин! – услышал он и повернулся к ней лицом.

 – Только больше ничего мне не говори и не зуди!

Успокоительная и упоительная физическая близость на время позволила им обоим обо всем позабыть…

Рано утром девушка проснулась, долго смотрела на лицо своего законного мужа, вытерла со своих ресничек две влажные капельки. Тяжело вздохнула она, быстро собралась и отправилась в военный городок. Шла и крепко прижимала Олька к своей груди бумажку с оригиналом Свидетельства о заключении брака.

Оля хорошо помнила тот день, когда Жора уговорил ее, и она дала согласие на поход в ЗАГС. Она поначалу долго отказывалась, пыталась даже отшутиться, потом откровенно ему заявила, пытаясь как-то его окончательно отшить:

– Зима, ты, черт тебя подери, мне страшно нравишься, очень даже нравишься, может быть, я даже люблю тебя! Но я не думаю, что ты – герой моего романа! Прости меня, Зимушка…

– Но мы же можем заключить с тобой пакт? – использовал парень, исчерпав все свои остальные возможности, самый, по его мнению, последний и решающий довод.

– Можем мы и попробовать… – согласилась неожиданно легко девушка и дала согласие на их брак по расчету. – Только ты не думай, что этой бумажкой ты прикуешь меня к себе. Она в нашем с тобой случае ничего особого значить не будет…

Почти три года прошло с того дня. Зимин ей всегда, как и чем только мог, помогал, и она ни разу не пожалела…

После занятий Оленька отправилась в город.