Девчонки, погоны. Книга III. Обстоятельствам вопреки

Она на все свои сбережения купила Жорке дорогущие мужские часы, заказала гравировку на корпусе с надписью: «Зимушке от Левушки».

Поздравляя парня с окончанием военного института, Оленька протянула ему коробку с часами, коснулась губами его лица.

– Помни, Зима-Зимушка, и не забывай про свою Леву-Левушку! – покатилась по девичьей щечке расстроенная и глубоко опечаленная слезинка. – Знай, что мне будет тебя не хватать…

Читая надпись, Жорка окончательно утвердился в том, что Оля его очень любит, только не желает в этом признаться, попросту она боится громко и вслух об этом ему заявить.

Может, она не верит в то, что он в состоянии помочь ей занять достойное место в этой жизни, а потому и мечется девчонка, совершенно не знает, в какую сторону ей податься. И в свете всего этого ему ничего не светит. Пока или практически никогда. Или и вовсе никогда…

Всю оставшуюся ночь после шумного ресторана гуляли они по городу, молчали, боялись лишним словом разрушить щемящее их сердца упоительное единение двух любящих друг друга душ.

В восемь часов утра Оля с дорожной сумкой стояла на КПП, ждала майора Ткачука, который должен был сам отвезти ее на загородную базу зарубежного отдела одного из многих управлений Министерства обороны. С этого мгновения начинался ее стаж…

4

Сполна насладившись лицезрением всеми овладевшими бедной девушкой эмоциями, чужак снисходительно хмыкнул:

– Значит, это вы, барышня, покорили нашего шефа вашим знанием иностранных языков и специфической терминологии.

Но я и представить себе не мог, что вы не парень, а девушка…

Прищурив глаз, Оленька выжидающе смотрела на капитана, прокручивала в уме, детально переваривала всю полученную ею информацию. Выходит, про нее не забыли, титанические старания ее не пропали даром, не пошли они прахом.

Узнав, что ее одну могут отправить на стажировку в один из заграничных отделов, Оля сначала растерялась, упала духом, начала психовать, метаться по своей комнатке, наткнулась на зашедшего в блок командира их отличного отделения.

– И чего тебе, Левка, опять не так? – прищурилась Костенко. – То тебя, зайка, страшно не устраивала граница с румынами, то снова ты на всю нашу общагу начинаешь гнать истеричную волну. Что именно, Оля, тебя не устраивает сейчас? – смотрела Крис на нее с изучающе укоризненной улыбкой. – Выкладывай, не бойся, очисти свою душу и совесть свою…

– Я чувствую, Принцесса, как плюхнусь я и сяду в лужу! Это же заграничный отдел! – выдохнула Оленька.