Колдун из Темногорска

Черные пятна по углам, называемые тенями, создали замкнутый объем. Объем, в котором вода обретает форму. Глядя на тарелку, посетитель воображал, что тайную силу воде придает белый фарфор. Очередной обман, столь необходимый в тайном ремесле.

Вторая дверь кабинета выходила на крыльцо и, отворяя ее, Роман всегда соблюдал осторожность, чтобы не нарушить круг замкнутого пространства. Когда он крикнул «первый», тройной ряд бархатных штор на дверях заколебался, будто раздумывая, стоит ли пропускать посетителя. Роман уселся так, чтобы лицо его было в тени – тогда он лучше чувствовал пульсацию водной нити на шее.

Посетителей он старался касаться лишь по необходимости. Зачастую это бывало слишком неприятно.

Часы всхлипнули, но бить одиннадцать не стали, ограничившись скрежетом скрытых от глаз шестеренок. В ту же минуту, прорвавшись сквозь завесу бархатных штор, как через крепостные ворота, в кабинете возникла первая посетительница: дерзкая особа лет тридцати, в лиловом сверкающем плаще до пола. Ее длинные платинового оттенка волосы контрастировали с лиловыми, почти черными губами.

Было в ней что-то знакомое, вульгарно-притягательное, будто Роман ее видел – на обложке журнала или в рекламе, безликую и яркую – одновременно. Но кто она и откуда, вспомнить никак не удавалось.

Колдун жестом указал ей на стул.

– Господин Вернон, я к вам за помощью! – блондинка демонстративно вздохнула. – Муж изменяет! Только вы можете помочь, одна на вас надежда. – Слова звучали заученные, фальшивые. Интонации тоже.

Она как будто твердила много раз сыгранную роль. Для верности образа гостья заплакала. Легко, будто открыла водопроводный кран. Но краска на ресницах не потекла.

– Слез не надо, – предупредил Роман, – или испортите дело.

Соленый поток тут же иссяк. Зато неостановимо хлынули слова. Роман сделал усилие, чтобы направить их мимо своего сознания. Но все равно прозрачная родниковая вода, пока колдун наливал ее из кувшина в тарелку, успела замутиться. Оставалось надеяться, что для предстоящего дела хватит и такой, сомнительной прозрачности.

– Думайте о своем муже, – велел колдун.

Женщина трагически изломила брови, что должно было означать беспредельную любовь к супругу.

– Теперь представьте разлучницу, – последовал приказ. – Не конкретного человека, но лишь образ измены. Ваши догадки не должны влиять на ответ.

Лицо посетительницы передернулось, будто она узрела гадюку. Роман взял женщину за руку и опустил ее ладонь на поверхность воды в тарелке.