Кровавые берега

Это также усложнит задачу кабальеро, если, конечно, они и впрямь устроили там засаду.

Поставив себя на их место, я рассудил, что мне вряд ли хватило бы духу сигать с моста на несущийся бронекат. Но в том-то и дело, что я – не гвардеец. И если для меня смертельный риск всегда сродни глупости и безрассудству, то у compa?eros он считается доблестью. А что это такое – настоящая доблесть, является для меня тайной за семью печатями. Несмотря на мою фамилию, на самом деле Еремей Проныра Третий – человек простой и не амбициозный.

И от жизни мне надо немного: мотаться туда-сюда по Атлантике на «Гольфстриме», перевозить грузы и получать за это достойное вознаграждение. Вот почему развеселая жизнь, которую устроила всем нам Владычица Льдов, была для меня сущей пыткой. И чем дальше, тем эта пытка становилась все изощреннее и мучительнее.

Я – человек простой. Простой и миролюбивый. Поэтому я до последнего надеялся, что опасения Убби ошибочны. И даже когда с накренившегося моста упали, распутываясь на лету, два каната, я все еще уповал на то, что они – обрывки каких-нибудь тросов или кабелей.

И даже когда по этим «обрывкам» заскользили вниз люди в легких гвардейских доспехах, я упорно продолжал верить, что мне это мерещится от страха и нервного напряжения…

Меня привел в чувство удар металла о металл. Удар, от которого трехсоттонный истребитель содрогнулся и замедлил ход, а я не устоял на ногах. И лишь рулевое колесо, на которое я навалился грудью, не позволило мне упасть и пропустить самое интересное.

Однако вернемся немного назад. Секунд за пятнадцать до того момента, как мачта ударилась о край мостового пролета, поваленного на нашем пути строймастером «Зигфрид».

Потомственный воин и наемник Убби Сандаварг обожал ставить перед собой сложные боевые задачи. За время нашего знакомства чем он ни занимался: и бросался в одиночку на шестерых всадников, и оседлывал пса Вседержителей, и охотился с пращей на вингорца, и колошматил перед многотысячной толпой телохранителей первосвященника Нуньеса, и совал ладонь в чистое пламя, и брал в плен самого дона Риего-и-Ордаса… Сегодняшняя затея Убби была столь же безрассудной.

Предугадав засаду и способ, каким кабальеро прорвутся на «Гольфстрим», северянин решил атаковать их до того, как гвардейцы ступят на палубу. То есть прямо во время спуска по канатам. Тогда, когда они уж точно не будут ждать контратаки и не окажут серьезного сопротивления.