В когтях багряного зверя

Исключительно для того, чтобы у домара прошла головная боль и развязался язык. Не хотелось бы вытягивать из него клещами каждое слово, ведь не зря говорят в народе, что проще разговорить валун, нежели страдающего от похмелья северянина.

— Зря вы не дали мне издохнуть, — проворчал Тунгахоп, осушив кружку и приступая к завтраку. По нашим часам — позднему, поскольку перевозчики обычно завтракают еще до рассвета. — А может, не зря, раз руки-ноги целы и голова вроде бы соображает… По крайней мере глотки я резать еще в силах и до той, которая мне нужна, доберусь! Даже если придется ползти к ней на брюхе черед всю Атлантику! Даже если!.

— Мы нашли Фреки и Квасира. Оба мертвы, — перебил я домара, опасаясь, как бы гнев не застил ему рассудок и не сорвал нашу едва начатую беседу. — Судя по всему, их зарубили в бою, а потом утопили в озере, что находится в сотне километров юго-западнее отсюда. Если бы не позавчерашнее наводнение, что вынесло тела Фреки и Квасира на берег, они так и лежали бы на дне, и мы не похоронили бы их со всеми почестями.

— Отрадно это слышать, — кивнул Тунгахоп, чья ярость была вовремя погашена доброй вестью. — Ничего не знаю про ваше наводнение, но жаль, что оно не выбросило на берег тела Тура и Херлуфа. А может, тоже выбросило, да вы их просто не нашли. Я помню то проклятое озеро. Не такое уж оно маленькое. Я бы его и за два дня пешком не обошел.

— Ты точно знаешь, что Тур и Херлуф мертвы? — переспросил Сандаварг. — Возможно, они все-таки выжили и сейчас пытаются тебя разыскать.

— Так же точно, как и то, что ты сидишь прямо передо мной, — уверенно ответил домар. — Всех их прикончили на моих глазах, а затем выбросили в озеро. И меня бы в конце концов спровадили туда же. Вот только я не топором по затылку получил, а арбалетным болтом с каучуковым наконечником — таким же, каким в меня когда-то работорговцы стреляли!.. Клан Хаугов, будь он неладен, не простил мне одну давнюю резню и до сих пор предлагает за мою голову щедрую награду. Вот этот пес Виллравен и захотел взять меня живьем, чтобы с моей помощью купить себе прощение у северных кланов.

— Виллравен?! — На лице у Убби появилось выражение столь редкой для него растерянности. — Сам Кирк Виллравен — домар крупнейшего в Атлантике сквада наемников?! Какого пса этот берсерк вздумал якшаться с северными кланами?

— На Севере сегодня творится то же дерьмо, что и на Юге. Талые озера, которые пересохли сто лет назад, быстро наполняются и выходят из берегов.