Остров страха. Возрождение

Мне оставалось только иронизировать:

– Вы оцениваете мою писательскую эволюцию по количеству страниц? Эдак выходит, что Гоголь и Булгаков были очень нестабильными авторами, как и многие другие.

Клянусь, я не хотел их обидеть, но ребята сконфузились.

Оставшиеся семь-восемь минут съемок мы потратили на ничего не значащую белиберду – творческие планы, секреты высокой работоспособности, пожелания начинающим творцам, – и в девять вечера я убрался из телецентра. Машину свою я еще утром оставил возле дома, решил покататься сегодня на автобусе.

Я сидел в хвосте почти пустого салона, смотрел в окно на городские огни и думал: «Восемьсот страниц. Пора завязывать со слабительным».

Утром сразу после эфира мне позвонил Яша. Он не был расстроен, но и от восторга тоже не плясал.

– Мы вполне могли обойтись без этого интервью, амиго. Но получилось забавно.

Не знаю, как там насчет шестидесяти забронированных мест, но 12 мая 2019 года в душном полутемном «трюме» арендованного нами клуба набилось никак не меньше сотни человек.

Я разглядел в толпе на галёрке несколько приглашенных старых друзей, которые захотели выпить со мной в честь дня рождения. Их места оплатил я. Выходит, что человек девяносто с легким сердцем отстегнули по тысяче рублей за удовольствие лицезреть и слушать писателя Максима Шилова. Почти вся выручка отходила клубу «Погреб» – они предоставили помещение и накрыли столы, а я всего лишь трепал языком, рекламируя свою новую книжку.

– Как они все здесь поместились? – удивился Яша. – Посмотри, они ж на коленях друг у друга сидят! Витус должен нам ножки целовать. Поднял почти сто косарей в мертвый вечер в воскресенье. На прошлой твоей книге было меньше народу.

– Я эволюционирую.

Мои друзья, оттертые публикой, приветственно помахали руками и подняли бокалы с шампанским. Я решил, что пора начинать, иначе скоро здесь все попадают в обморок от духоты.

– Давай, Яков Барухович, приступай к захвату.

Только не вздумай объявить, что мне сегодня пятьдесят. У меня от слова «спасибо» язык онемеет.

Я отступил в тень угловой ниши, пропуская вперед своего директора, выполняющего сегодня, как, впрочем, и на остальных публичных мероприятиях с моим участием, функции конферансье. Рядом со мной на барной стойке высились три стопки экземпляров «Умереть вместе» в переплете, приготовленные для автограф-сессии с продажей.