Идеальное дело

 – Как зовут тебя, зверушка глупая?

«Рыжик», – смущенно ответил кот.

– Рыжик. Больно хорошее имя для такого кота-дурня, – сварливо прозвенела, как медный тазик, старушка. Ух ты, она может говорить с котами! – А чево тады ты сюды приперся, ежели не знал? – сразу отреагировала бабушка на мои мысли.

«Вот ведьма дает!» – восхищенно подумал я.

– Да ты на свою рожу глянь! Ведьма… – сразу обиделась бабуля. – Орк с харей как у вепря говорит мне, бабульке-хорошульке, что я ведьма!

«Это же феномен! Ее надо в лабораторию для изучения!» – не смог я вовремя остановиться.

– Какой-такой хфенoмин? Я те ща устрою лаблаблаторию! – еще больше завелась бабулька-хорошулька и, не вставая со скамьи, пригрозила мне клюкой.

– Извини, мамаша. Устал просто – лезет в голову всякая чушь, – быстренько извинился я.

– Будь ты сынок мой – тьфу-тьфу-тьфу, не приведи небо! – я бы тя сначала выпорола, а потом утопила бы, как котенка увечного, чтоб мамашу-то не позорил прилюдно! – не унималась вредная старушенция.

Я, впрочем, уже сориентировался и прекратил отчетливо думать (опыт общения с котами здорово помог). Бабулька-хорошулька сразу перестала улавливать мои мысли и понемногу успокоилась.

– Погоди, бабулька-хорошулька, дай отдышаться. Уж больно ты высоко забралась, – взмолился я.

– А кто ж те виноват, что ты дурнем уродилси, – не унималась вредная бабка. – Это ж надо такое удумать – с наветра на гору к мине карабкаться. Битый час на тя, лаптя, гляжу – потешаюся.

Старушка сказала, конечно, не слово «лапоть». Если перевести дословно, то звучало бы как «погнутый медный шлем без подкладки, который на незащищенную голову может надеть только неопытный воин», но смысл был – именно «лапоть». Остальной разговор – тоже не дословный перевод, но деревенский говор и интонации мира Ворк при нашем общении присутствовали.

– Туды вона глянь! – Старушка махнула клюкой в направлении, противоположном моему трудному и опасному подъему.

Я встал с камня и посмотрел. Лучше бы я этого не делал – мне стало очень неловко. От подножия к вершине с другой стороны каменистого холма вела даже не тропа, а довольно широкая и ровная дорога, выложенная большими плоскими камнями. По этой, я бы даже сказал, улице без особого труда смог бы подняться отряд конников сразу в две шеренги.

«Умный в гору не пойдет – умный гору обойдет. Это не про меня», – грустно подумал я, глядя на дорогу из камня.