Проклятая каста

Томительно тянутся минуты под монотонный отсчет, вот пошли секунды: «десять», «девять», «восемь», «семь», «шесть», «пять», «четыре», «три», «два», «один».

– Поехали, – с громким щелчком секундомера безбожно плагиачу Юрия Гагарина, а Сергей Павлович выпускает в зазор между сеткой и землей зеленый светлячок.

В ответ, спустя несколько секунд, раздается могучий рев пяти ракетных двигателей. Из-под колес транспортеров вырываются клубы дыма, огневые струи бьют в землю с противоположной стороны насыпи.

В клубах дыма серебристые рыбины ракет медленно и торжественно начинают свой подъем под радостные крики ракетчиков, перекрывающие даже рев реактивного пламени.

– Ну вот и весь бенефис, – с некоторой грустью говорит Королев.

«Да уж, – думаю про себя. – Это как с Новым годом, ждешь, готовишься, крошишь салаты, дом намываешь, наряжаешься. А пробило 12 и вон он, вам Новый год».

А вслух сказал.

– Думаю, что продолжение будет, когда придут данные о результатах удара.

Давайте поедем в штаб Западного фронта, там сейчас все командование тоже ожидает этого отчета.

15

– Ну сколько вас можно ждать-то? – приветствовали в штабе Западного фронта нас с Королевым генеральские упреки.

Добраться сюда оказалось нетривиальной задачей. Пока свернули обратно в походное положение поезд, я вызвал по радио из штаба Западного фронта машину на безымянный разъезд в районе Кричева. Поскольку наши ракетные поезда были секретными, остановиться на любой станции и сойти мы не могли.

Однако поезд уже ушел, а нам с Сергеем Павловичем пришлось коротать еще несколько часов в будке стрелочника в ожидании машины. И потом тащиться с черепашьей скоростью по трассе на Дрибин, забитой движущимися в обе стороны грузовиками и войсковыми колоннами. Так что в штаб мы попали только к ночи.

– К вам сейчас только самолетом можно быстро долететь, товарищи, представляю вам нашего гениального конструктора ракет – Королев Сергей Павлович, – вспомнился в тему анекдот про «Али-бабу и сорок разбойников на конях и, да иди ты нафиг, ежик», потому что от рукопожатий рука устала, здесь все, Блюхер, Миша Потапов, Рокоссовский и командующий фронтом Иван Степанович Конев, со товарищи штабные чины.

Честно говоря, к героям моего прошлого уже немного привык. Думаю, что если бы встретился с пусть еще и не маршалом Коневым в пору своего попаданчества, тоже смотрел бы во все глаза и думал о селфи.