Трибунал

Даже в полусантиметре от примитивного, донельзя уязвимого металлполимерного армопласта могли бушевать звёздные температуры, пена же начисто поглощала всякую энергию, прежде чем разлететься нейтринным джетом.

Так больше всего тонких, филигранных усилий ушло на последние миллиметры.

И только тогда не желающая выпускать из своих цепких лап свой промёрзший насквозь груз пена, в конце концов, уступила, показав холодно блеснувший металл корпуса.

Если бы тень знала, что ей делать дальше.

И снова на помощь пришла искра, тлеющая внутри скорлупки.

Лёгкое касание очередного варварского поделия. Кажется, им снова пришлось в ожидании её возвращения погасить и без того с трудом зажжённый плазменный тор. Теперь, с опустевшими накопителями, они бы снова его запустить точно не смогли, даже если бы сумели каким-то чудом высвободиться из нейтринной трясины.

Одним рывком она извлекла капсулу, надеясь лишь, что мёрзлый биоматериал внутри сможет пережить подобное небрежение.

Кажется, она и правда начинает вспоминать. Этих людей, этого ирна.

Они из последних сил рвались сюда, навстречу странной вселенной, благополучно пережившей собственную тепловую смерть, чтобы выяснить для себя что-то настолько важное, что им хватило глупости поставить на кон в этой космической рулетке не только свои безумно конечные, а потому малоценные на галактических масштабах жизни, но и её собственное существование, которое как раз никакими особыми рамками не ограничивалось.

Тут она почувствовала нечто вроде страха.

Тебе не нужно бояться.

Остаться в абсолютном одиночестве, запертой в этом вселенском склепе, где импакты реликтовых коллапсаров были единственным источником энергии, а значит жизни?

Хорошую же судьбу они ей уготовили.

Они?

Почему «они»?

Она была одно из них.

Тень присмотрелась. Тело её носителя по-прежнему покоилось в одной из биокапсул. Такое же холодное, такое же недвижимое, как и всё вокруг.

Какую ценность оно представляет собой для неё сейчас, какие тайны из прошлого оно до сих пор хранит?

Тень даже вообразить себе не могла. Слишком далёк от неё мир этих странных биологических созданий.

Но она помнила, что когда-то всё обстояло не так. Она действительно стремилась к одной с ними цели, она на самом деле беспокоилась о судьбе человечества больше, чем о собственной.

Да что там «когда-то».