Время смерти

Сегодня, впрочем, был не тот случай – широкий серп Солнца купался в земной атмосфере, лишь слегка изменяя обычную освещённость. Но всё равно красиво.

Парсонс с мысленным стоном обернулся обратно к белокожему скандинаву.

Дурацкая натура.

Свистнул сигнал «айри», отправляющей стандартный открытый запрос. Большинство современных людей давно уже не парились такими вещами и с радостью выдавали все свои публичные контакты, разве что имя обычно заменяли ником. Что-нибудь пафосное вроде «Арнольд Шварц».

«Айри» свистнула ещё раз, на этот раз с обиженной ноткой. Тишина.

Парсонс от досады крякнул.

Ну почему, почему так всегда, почему тебя на пустом месте тянет на приключения?

Нет, сегодня явно плохой день для моциона, надо было ползти к себе в номер, залезть в ванну, благо Кабеус – редкое место, даже включая Землю, где божеские лимиты на воду. Чёрт бы его этот закат, кому он нужен. И скандинав этот тоже…

Скрипнув зубами, Парсонс тоскливо принялся заводить «машинку».

Впрочем, приличные люди в открытых контактах хоть смайлик рисуют. Или хмурик. Скрытность – лучший способ довести персекьютора до нервного зуда. Или нервного срыва.

«Машинка» была его, Парсонса, гордостью. Маленькая примочка к его «айри», по сути портативный транспондер-дешифратор. Принцип работы прост – отправляем фейк-команду на «айри» клиента, как будто сигнал пришёл, ну не знаю, вон от раздатчика, вроде как тот проверяет твою кредитоспособность.

Осталось поймать ответку и раскодировать сигнал. И вуа-ля! Личные данные клиента у тебя в кармане.

Теперь грустно свистнула сама машинка.

Парсонс только сейчас заметил, что у мужичка вообще нет на предплечье «айри».

Вот это номер. Он бы ещё без трусов вышел на пленэр.

Самое любопытное, что чем больше Парсонс на него смотрел, тем сильнее грыз его изнутри червяк подозрений.

Где-то он его видел.

Совсем недавно.

Может, недели две назад.

Только, хоть убей, не мог вспомнить, где.

Холи щит, это невыносимо. Персекьютор поднялся с шезлонга, ловким естественным движением обшаривая небольшие карманчики, нашитые с внутренней стороны его безрукавки. Там хранился «полевой набор» – от портативных камер и микрофонов до куда более серьёзной техники. Не что-то запредельное, такое он брал на работу только в крайнем случае, а чаще – лишь тогда, когда начинал задницей чувствовать опасность.