Сатанинский Грааль. Приключения Энё Негьеши-2

 – Акош широко раскрыл глаза, стремясь показать своё восхищение способностями Каталины, которые могли принести им сказочное богатство.

Незамысловатый приём, но он сработал – девушка заговорила.

– Это золотой нож. Он действительно очень старый. Ему не меньше тысячи лет. Карой говорит…

Акош оборвал её сбивчивую речь нетерпеливым жестом. Пусть знает: на улице Ваци никому не интересно, что там говорит какой-то Карой.

– Тысячу лет, говоришь? – Он недоверчиво прищурился. – Такого не бывает. Вещи не живут столь долго.

Он не преувеличивал. И Липот, да и любой другой торговец настоящим и поддельным антиквариатом подтвердили бы. Золотая вещь ни за что не сохранит на своей поверхности мёртвый язык – тот канет в Лету вместе с его носителями. Завоеватели всегда переплавляют захваченные трофеи – благородные металлы служат сырьём для новых, порой даже более изящных украшений.

– Я говорю правду, клянусь тебе! – Выражение лица Каталины служило доказательством её искренности. – Это очень примитивный нож, его выковали, может, ещё до нашей эры.

– И кто его купит? – с издёвкой спросил Акош. – Старик Липот?

– Да любой коллекционер! Там не в этом дело, – Каталина рывком поднялась на ноги. Вытряхнув сигарету из собственной пачки, она требовательным жестом дала знать Акошу: нужно прикурить. Снисходительная улыбка пробежала по тонким губам сутенёра – и он благодушно крутанул колёсико «зиппо»…

Каталина удовлетворённо затянулась:

– Нож обладает магической силой, это больше, чем деньги…

– Ну, понятно.

 – Акош, даже не пытаясь более слушать взбудораженную девушку, успокоил её грубоватыми, умелыми ласками и торопливо попрощался – у него ещё имелись дела.

– Держи, это тебе на косметику. – Он сунул в руку Каталине несколько крупных купюр. – Всё, иди домой и больше не волнуйся. Приведёшь этого Попрочи сюда, и мы всё ловко обтяпаем, он даже не поймёт ничего. Золото там наверняка низкой пробы, но ювелир за нож что-то даст, если он и впрямь увесистый.

Шлёпнув напоследок девушку по заду, Акош проводил её к выходу из подъезда и ещё с минуту следил за тем, как её фигура удаляется в вечерних сумерках.

Даже после того, как Каталина растворилась в толпе, он ещё долго не мог отвлечься от мыслей о происшедшем. Наконец, мало-помалу гнев отступил, и Акош смог сконцентрировать свою мысль на происходящем.

На нож действительно мог найтись покупатель, причём весьма солидный, Липот или кто-то из тех, кто покупает у него наиболее ценные вещи.