Битва за Лукоморье. Книга 2

Увидел метнувшуюся к нему лапу, увернулся… но полностью избежать удара не смог. Целивший в темя железный коготь рассек бровь и висок. Хлынувшей кровью тут же залило левый глаз, но капитану все же удалось уйти от птицы, прижаться мокрой спиной к нагретому золоту, смахнуть кровь и, покрепче сжав рукоять тяжелого кинжала, приготовиться к бою не на жизнь, а на смерть.

Крылатая бестия налетела и двигалась так быстро, что в этот раз не сладить с ней было силой, только воинской выучкой – ну и на удачу полагаться.

Предугадывать, хитрить, уворачиваться, почти вслепую отбивать кинжалом удары железных когтей и клюва. Надеяться не на свою доблесть, а на то, что враг ошибку совершит. Умел Садко с оружием обращаться, в поединках не раз участвовал, помогали ему навыки…

Только вот впервые он с этой смертью крылатой встретился, а она до него уже девяносто девять человек загубила… Если думать о подобном, никакая удача не вывезет. А еще если помнить, что даже победи ты, всё равно вниз не спуститься… Не сползти.

Так какая смерть лучше, а, Садко? Быстрая в схватке? Или долгая и мучительная на золотой вершине?

Ну уж нет! Сам на себя разозлился Садко, сжал зубы до скрипа. Если думать о смерти заранее, завсегда проиграешь. Нельзя удачу гневить. Удача смелых любит да отчаянных. А ему нельзя тут погибать, никак нельзя! Надо команду выручать!

– Клё-орк! – снова заклекотала птица.

Глянь-ка, не так уж и шустра уже, похоже, тоже запыхалась сражаться с упрямой жертвой, которая огрызаться удумала.

– Да, гадина, ты добычи не дождешься! – весело крикнул ей Садко.

Хватит отбиваться, пришла пора нападать, но только не слепо, а с умом! Он сделал обманное движение, отвлекая железноклювую, и на карачках бросился в другую сторону, вокруг золотого шпиля. Присел, перехватил потной ладонью кинжал поудобнее, крепко уперся ногами… И когда вынырнула из-за угла перед ним птичья голова с приоткрытым клювом, пахнуло жарко и страшно падалью, сверкнули жуткие глаза, Садко взревел и бросился вперед.

Против подаренного кинжала броня из перьев не устояла.

Удар вышел не очень, в грудину, в самую защищенную часть тела, но и этого хватило. Птица резко, удивленно, с досадой вскрикнула… Будто не могла поверить, что человек – привычная безобидная добыча – оказался зубастым! Отмахнулась крылом, свалив Садко с ног, и тут же прянула вниз, к его груди и животу.