Мокрый сентябрь

Из-за двери вылетел молодой человек в коричневом костюме с нашивкой «Скатного колледжа» на уровне груди с левой стороны, такой маленькой, что буквы названия учреждения едва различались даже через лупу.

После упадка «Авантюриста» местной власти Скатного было необходимо решить, как вывести город из сложившейся ситуации, хотя и широкого выбора у них особо не было. По сути, всё, что умели жильцы – это заниматься отловом рыбы и строить дома. Весьма красивые дома, не гигантские в ширину и высоту коробки, которые впоследствии забивали людьми для того, чтобы затем вытягивать из них, как кокосовое молоко, деньги.

Архитектуре Скатного уделяли особое, трепетное внимание. В определенном плане искусство и душа стояли на первом месте, а уже потом вставал вопрос о финансовой выгоде. Большому городу нужен был достойный вид, и часть усилий и умов, не занятых рыбным промыслом, бросили на возведение массивных конструкций, в которых на контрактные условия заселяли будущих рабочих, и на обычные – приезжих, тех, кто просто хотел тут жить. И теперь, поскольку рыбный промысел сошёл на нет, все силы были брошены на подготовку хороших специалистов. В Скатном до этого был свой колледж, главным образом разнопланового характера, откуда выходили электрики, плотники, станочники, сталевары: люди, хорошо работающие руками. Настал момент, когда городу были нужны работающие головой.

В утреннее солнечное время обаяние городка обострялось как никогда сильнее. В окнах просматривались белокаменные молдинги на таких же белокаменных глянцевых стенах, изящные, с завитками и остроконечными листами.

По углам домов высились не менее красивые колонны, поддерживающие плоскую крышу. Трудно было поверить в то, что перед тобой стоит не произведение искусства, а обычный дом прибрежного городка, и люди приезжали не любоваться его видами, а зайти в него и делать свои бытовые, знакомые каждому жителю любого города дела: приготовить поесть, поспать, почитать бредни «ПУЗЫРЯ». По стенам расходились узоры, выточенные из студня – то был черный камень, обладавший невероятной красотой и текстурой, уходящей вглубь, и глухо переливающейся громадным числом блесток, как звездное небо. Да к тому же еще и дешевый: добывали его в каменоломнях в Западном крае, откуда на разные нужды (его точили под постаменты, фундаменты, на фасады, в том числе, и так далее) расходился во все уголки мира.

Казалось, что каждый дом дышал красотой и был по-своему обаятелен.