Тайны Кремлевской Либерии

Он был уверен, что там, где-то по другую сторону, есть продолжение тоннеля, и оно ведет куда-то, где он еще никогда не бывал. Однако какое-то непонятное чувство гордости не давало ему признаться перед ребятами в своих чувствах. Поэтому он шел молча и быстро, злясь и на ребят, и на самого себя. Он готов был даже отказаться от денег, только бы быть приглашенным ими на следующий день, но ему казалось, что тогда он потеряет в их глазах свой авторитет проводника.

Видимо он настолько ушел в свои мысли, что, когда в какой-то момент вдруг снова неожиданно раздался громкий и пронзительный то ли визг, то ли крик, то ли скрип, Андрей вздрогнул и резко остановился.

Испуганно оглядываясь по сторонам, он ощутил, как мурашки испуга, пронзившие все его тело подобно разряду электрического шока, с легким покалыванием все еще отзываются эхом в кончиках его пальцев на руках.

Звук был точно таким же, как и в первый раз, только немного громче, и напугал всех без исключения. Девушки инстинктивно завизжали в ответ и закрыли уши, а Влад и Игорь стали беспорядочно светить фонарями во все стороны.

Однако звук не повторился, и как ни странно, не отозвался эхом в отличие от женских голосов, отзвуки от которых еще какое-то время были слышны в глубине тоннеля. Андрей еще в первый раз обратил внимание на эту особенность.

«А звук ли это вообще?» – подумал он в этот раз, когда немного успокоился.

Он посмотрел на стены вокруг и сказал.

– Ребята, похоже, это то самое место, на котором мы слышали это звук в первый раз.

Через 20 метров будет место нашего обеденного привала. Вам это о чем-нибудь говорит?

– Мне нет, – ответил Влад. – Но испугался я здорово.

– Аналогично, – сказала Лена.

– А что это значит для тебя? – спросил Игорь.

– Пока не знаю, но мне бы хотелось кое-что проверить, – Андрей достал маленький баллончик с белой краской и нарисовал им крест на стенах с одной и с другой стороны тоннеля.

– Ты тоже хочешь сюда вернуться? – спросила Лена.

Она попала в точку.

Она затронула его в самое сердце этим своим вопросом. Она как будто открыла частицу его сокровенного мира и выставила ее всем напоказ. Но она сделала это так, что он не смог на нее обидеться. Он даже был рад, что она его об этом спросила. Подняв на нее глаза, он какое-то время молчал, думая о том, как ответить, но в ее глазах почему-то светилась неподдельная радость, и все что он смог, это просто кивнуть ей в ответ и беспомощно улыбнуться, как ребенок.