Возвращение

Может быть, в этом странность?

– Все могут ходить, что в этом такого? Ты, кстати, что будешь есть? Могу предложить бульон из ягненка с потрохами, есть немного пирога или рагу.

– Я не голоден, – покачал головой Рехан.

– Да? А по мне, ты выглядишь изможденным и голодным. Ну что ж, – девушка присела на кровать, которая жалобно скрипнула и сложила руки в замок. – Давай тогда знакомиться. Меня зовут Клер. А как тебя?

– Рехан Мальхотра.

– Гм, Ре… как-как? Извини, я не запомню. Давай я лучше буду звать тебя Рене.

Рехан только пожал плечами. Он все еще находился в некотором шоке от происходящего и на данный момент ему было без разницы, как его будут называть.

– Ты вообще откуда там взялся? Я ждала свою подругу, только отвернулась, а тут раз – и ты, лежишь на дороге и рассматриваешь грязь. Ты из какого района? Города?

Рехан пристально посмотрел на нее.

– Я из Мумбаи, Индия.

– Из Индии??! Да как ты тут оказался?! – воскликнула девушка. – Если ты путешественник, то нашел очень неподходящее время.

– Какая революция? – практически одними губами спросил Рехан.

– Какая-какая, самая обычная. Людям надоело жить в полнейшей нищете, они борются за свои права. Я, кстати, тоже вхожу в одно из обществ, – гордо дополнила Клер. – «Общество республиканок».

Рехан поднял руку, чтобы прекратить поток ее слов.

– Подожди, давай по порядку. Можно я задам тебе несколько вопросов?

– Я слушаю тебя.

– Мои вопросы могут показаться тебе необычными, но… на каком языке я говорю с тобой?

Клер чуть склонила голову набок и впервые за все время улыбнулась.

– Ты, наверное, один из шутов короля и решил посмеяться надо мной? Поверь, сегодня я не настроена шутить, да и через пару часов мне надо быть на собрании. Хотя… Ты не похож на шута, да и одежда твоя странная. Ты вправду из Индии? Но и на путешественника ты не похож…, – она в задумчивости рассматривала его.

– Клер, ответь пожалуйста на мой вопрос.

– Дурацкий вопрос. Ты же понимаешь меня. А раз я говорю на французском и каталонском, ты знаешь эти языки. Моя мать, знаешь ли, говорила только на каталонском диалекте, поэтому я его знаю.

– То есть ты хочешь сказать, что я во Франции?

– А ты думал где? В древнем Риме?

– И какой сейчас год? – проигнорировав ее издевку, продолжил Рехан.

– 1793.

– О Боже, – застонал юноша и проговорил еще что-то.

– Что ты сказал? Я не расслышала.