Кукла на троне. Том II

Трагизм судьбы, отразившийся на внешности, наделил ее исключительностью. Нет на свете подобных ей, как и нет того, кто останется к ней равнодушен. А недоумение… Иона всегда полагала, что лишь красивая душа может сделать человека незаурядным. Оказалось – нет, вполне достаточно шрама на лице.

– Я очень хочу, чтобы отец выздоровел, – сказала Иона.

И Аланис ответила:

– Я помогу тебе.

– В чем?

– В краже коня.

Иона не поняла, Аланис пояснила:

– По моему опыту, когда леди приходится совершить преступление, ей очень нужен помощник.

Ты хочешь обмануть брата – герцога Первой Зимы, – и попытаться вылечить отца, рискнув его жизнью. Ни один кайр тебе не поможет. Потому предлагаю себя.

– Откуда ты знаешь, чего я хочу?

– Брось, дорогая. Я изучила тебя лучше, чем думаешь.

На душе Ионы потеплело. Сладкая эта оттепель толкнула на откровенность:

– У заговорщиков должны быть тайны, и я поделюсь своею. Я дала отцу одно снадобье…

Она рассказала всю историю. Аланис с присущим ей темпераментом прокомментировала все: Мартиново зверство, малодушие Виттора, дерзость Ионы.

А выплеснув эмоции, начала мыслить прагматично и предложила:

– Давай проверим.

– Что?

– Действует ли Предмет Знахарки?

– А как?

– Очень просто: встретим – и проверим.

Аланис подмигнула, и Иона ахнула, осознав задумку.

– Ого!.. Эрвин убьет нас, если узнает!

– Если мы окажемся правы, лорд Десмонд встанет с постели, и Эрвин нас расцелует. А если ошибемся, то Знахарка убьет нас раньше Эрвина.

Отчаянная смелость плана заставила сердце Ионы жарко забиться. Она уже знала, что не откажется, но спросила, ища каких-нибудь доводов для разума:

– Положим, мы узнаем, что Предмет Знахарки способен исцелять. Разве это докажет, что она исцелит именно отца?

– Смотри глубже, милая. Если Знахарку послали только для убийства, то ей дали просто Перст Вильгельма. Зачем асассину целительное средство?.. Но если ее Предмет может вылечить хоть кого-нибудь, то, значит, она послана лечить, а не убивать.

– Разумно, – с радостью признала Иона.

Окажись довод глуп и ошибочен, она все равно рискнула бы, но не знала бы душевного покоя.

* * *

Вернер проиграл в пятый раз подряд. Кинул «огонь», хотя было ясно, что Рагольф плеснет воды из «колодца».

– Ац-ца, вот я молодца! – Рагольф похлопал себя по груди.

Тенн спросил Вернера:

– Что с тобой такое?

Смеркалось. Шел крупный и мокрый снег, налипал на плащи. От сырости холод пробирал до костей.