Кукла на троне. Том II

Убери это – я заплачу.

– Это?..

Женщина протянула руку к лицу герцогини – простую, не ту, что в наперстках. Узловатыми грубыми пальцами ощупала шрам, оттянула щеку Аланис. Похоже, это доставило ей удовольствие.

– Экая ты мягкая, нежная…

Провела пятерней по шее Аланис, по плечу, сдвинув ворот шубы. Герцогиня не шевелилась, завороженная этим касанием.

– Тебя сложно, – сказала женщина. – Кусок тебя умер, и черви съели.

Аланис дернулась, как от удара плетью.

– Тьма тебя сожри! Можешь или нет?! Верни красоту! Заплачу, сколько скажешь!

– Вернуть красоту… – Знахарка скинула капюшон и повернула к свету свое лицо: грубое, обветренное, пористое, с кустиком волос на бородавке.

 – Если б я умела вернуть красоту, думаешь, была бы такою?!

– Ну и пропади ты!

Аланис отшатнулась с омерзением, отвернулась, зябко кутаясь в мех. Лишь теперь заметила снег, облепивший ноги.

– Чертов холод! Уйдем отсюда.

Но стоило ей сделать шаг, как Знахарка бросила в спину:

– Я смогу.

– Врешь.

– Смогу.

Но цена большая. Заплатишь – сделаю.

– Сколько?

– Солдатикам не нужно знать, – Знахарка поманила герцогиню пальцем.

Та нехотя нагнулась, женщина приблизила губы к ее уху…

Вернер так и не понял, успела ли Знахарка назвать цену. Он даже не понял, что случилось прежде, что – потом. Настолько смято, одновременно все вышло.

Где-то шурхнули шаги, и кто-то ругнулся, наступив в лужу, а Знахарка отдернулась, навострилась, как сурок, а Аланис схватила ее за руку: «Нет, стой!», а кто-то рявкнул: «Сюда!» – грубый воинский голос, – а Знахарка вырвалась из пальцев герцогини, прыгнула со сцены и помчалась прочь.

– Кайры, задержите! – приказала Иона.

Полоснула взглядом по Вернеру, откуда-то узнала, что он ни за что на свете не побежит первым, бросила Рагольфу:

– За ней!

Гуп-ца… Горец громко сиганул на лавку и побежал, прыгая со скамьи на скамью. За ним – Тенн, за ним – Вернер. На десять шагов позади – еще другие в красно-черном.

Знахарка неслась впереди – юркая и мелкая, неуловимая, как крыса.

Вернер знал: никто не догонит ее. Но знал и другое: дворец оцеплен, во всех воротах стража. Чужачке некуда деться!

Они бежали, чавкая мокрым снегом. По темной аллее – деревья-скелеты надвигались с боков. Рагольф припевал на каждом шагу: «Хамди… Хамца… Хумли-ла…» Тенн метнул кинжал, но Знахарка почуяла опасность – вильнула в сторону. Сзади кричали: «Быстрее!.. Молнией!.. Живьем брать!» Вернер чуть наддал ходу, но все ж не так, чтобы догнать.