Урожденный дворянин. Защитники людей

 – Как сменюсь, сразу к нему, мамой клянусь!

– Привет передавай. И извинение от всех нас, что встретить не смогли. Пусть денек отдохнет – и я его у себя жду.

– Передам, конечно, о чем разговор!

Никита двинулся дальше, лавируя между башнями сложенных плит, окаменелых куч песка и щебня. Через пару десятков шагов он вышел на группу парней, увлеченных, как могло показаться со стороны, дикой и жестокой игрой. Пятеро закидывали обломками кирпичей, булыжниками и кусками арматуры одного. «Расстрельная команда» метала снаряды безжалостно, прицельно и с большой силой, а «жертва» с небывалой ловкостью уворачивалась – прыгала из стороны в сторону, перекатывалась по земле… и, что самое удивительное, иногда умудрялась перехватить на лету какой-нибудь из снарядов и метнуть обратно в «противника».

Это жутковатое действо проходило в почти полной тишине, никто из парней не произносил ни слова, не подбадривал себя криком. Только шуршали по земле стремительные шаги, упруго свистели рассекающие воздух кирпичи, камни и железки. Ломов углядел, как увесистый обломок кирпича, скользнув над головой «жертвы», угодил в груду переломанных плит, с треском разлетелся в мелкую крошку, – и поежился. Одно попадание легко могло отправить расстреливаемого паренька если не на кладбище, так в больницу…

Никиту заметили. Град снарядов моментально стих.

– Будь достоин! Будь достоин!.. – вразнобой приветствовали Ломова парни.

– Постигающие первую ступень Столпа Величия Духа приветствуют тебя на Полигоне! – шутливо добавила «жертва».

– Долг и Честь! – ответил Никита.

И продолжил путь. «Полигон» – так среди своих назывался этот недострой, где проходили те из тренировок, которые… нежелательно было бы видеть посторонним. Во избежание лишних слухов и ненужного ажиотажа.

У самого здания, возведение которого остановилось несколько лет назад на уровне четвертого этажа, Ломов снова приостановился. Чуть нахмурился, прислушиваясь… И, резко ускорив шаги, отошел в сторону.

Тотчас из пустых окон четвертого этажа рыбкой – как прыгают пловцы в воду – вылетели трое.

Они не разбились, грянувшись о землю, они даже, кажется, не ушиблись. Приземлившись синхронно и неожиданно мягко, они перекатились через головы и вскочили на ноги.

Эти трое были гораздо моложе той шестерки, на которую наткнулся Никита минуту назад, – совсем дети… вернее, подростки, лет по четырнадцать – пятнадцать.

– Будьте достойны! – поздоровался Ломов.

– Здрасте! – ответили двое.