Урожденный дворянин. Мерило истины

Двуха и Командор переглянулись. Они не скрывали усмешки, а Женя Сомик смотрел на удивительного парня с интересом. Его так и подмывало поднять тему того происшествия двухнедельной давности на перекрестке, но… статус его в «банде» теперь был таков, что Командор или Двуха вполне могли тут же поднять его на смех, а то и просто прикрикнуть: «закрой рот!» А становиться в очередной раз посмешищем ему не хотелось.

– Я вот только один момент прояснить хочу, братан, – завел по привычке свой треп Двуха, глянув на Гуманоида, спокойно и с аппетитом поглощавшего печенье и шоколадные батончики.

 – Ты пацан вроде нормальный, но… Я тут к тебе присмотрелся и понял: слишком много ты о себе понимаешь. Прямо… плюешь на всех.

– Да когда он плевал на кого? – покивав Гуманоиду успокаивающе головой (хотя тот и не думал волноваться), обратился Командор к Двухе. – Чего ты выдумываешь?

– Сейчас объясню! Гуманоид, ты это… не в обиду. Просто – так как мы теперь все вместе – надо, чтобы непоняток среди нас не было. Вот, глядите! Помните, как мы первый раз строем ходили? Впереди Петух споткнулся, и все за ним повалились, как кегли… Смешно же! Все угорали, даже лейтенант – и тот сначала поржал, потом уже орать начал.

А ты, Гуманоид – нет, не смеялся. Или вон тот же Сомик подтягивался и с натуги ка-ак дал залп из своей крупнокалиберной, чуть штаны не лопнули. Мы все от смеха чуть не померли. Сомик и сам похихикал. А ты, Гуманоид, не смеялся. Или еще… да мало ли!

– Ну и что? – решил подать голос (раз уж о нем заговорили) Женя.

 – Может быть, у человека чувство юмора уточненное?

– Или чувства юмора вовсе нет, – сказал Командор.

– Чувство юмора у всех есть, – авторитетно заявил Двуха. – Просто кому-то не западло товарищей поддержать, а кто-то… больно до хрена о себе понимает. Даже если тебе не смешно, когда вокруг все ржут, ты тоже хочешь не хочешь, а заржешь. Вон Серега Шапкин, очкарик, которого из универа с третьего курса поперли, тоже вначале корчил из себя такого… умника: и слова «ложить» у него не существует, и между «одеть-надеть» какую-то разницу углядел… и на матерные анекдоты фыркал, интеллигент, сука, вшивый.

Так и он быстро допер, сразу после второго пенделя: если хочешь нормально в коллективе жить, будь как все. Потому что быть как все – это значит не выделываться. А не выделываться – это значит уважать других. А когда других уважаешь, то и тебя уважать будут. Что, скажете, туфта?

– Правда в том, что у тебя словесный понос открылся, – проворчал Командор.