Ночь посреди мира

Роман активно волочился за свеженьким личиком: личико было бледным и хрупким, тонкие пальцы, беззащитный вид в платье, которое обнажало плечи, – Артём заподозрил поэтессу, и так и вышло: после второго коктейля её таки убедили почитать стихи, в содержание которых Артём не вслушивался, потому что рядом же обсуждали премьеру нового французского фильма с Марлоном Брандо в кинотеатре «Иллюзион». Сходить бы!

– А как вам Даль? – осторожно вклинился кто-то в разговор. И тут же переключились с заграничных звезд на наших, яростно и горячечно, а задавший вопрос слушал в стороне, вертя в ладони сигаретку.

– Можно у вас, сударь, сигаретку стрельнуть?

– Пожалуйте, – протянул ему новый знакомец. – Спички?

– Благодарствую. Как вам вечер поэзии?

– А! Это была поэзия?

– Почему была, есть… Вон, слышите, «вина испивших лоз».

– Лозы пить нельзя, – очень серьёзно уточнил его собеседник. – Может, роз?

– Розы из вина?

– Почему нет? Поэзия! Потом, сударь, возможно мы всё неправильно понимаем…

– Так-так?.

– Смотрите, – всё так же серьёзно продолжил собеседник, – это не вино, а вина.

– И она обвиняет лозы?

– Или тех, кто их пил. Впрочем, возможно всё же розы.

– Или грёзы.

– Мимозы.

– Фруктозы.

Они переглянулись и засмеялись.

– Артём.

– Ричард.

– Ого!

– Да, – вздохнул новый знакомый, – именно так.

– Ну всё не Екфрасий.

– Скажите мне, что вы это только что придумали.

– Нет, со мной учился в гимназии. Бил цветочные горшки.

– Могу его понять.

Снова засмеялись. Артём заметил, что Ричард тоже не пьёт: стакан у него оставался почти полным.

– Экзамен?

– А? – и Артём кивнул на стакан:

– Не пьете.

– Так и вы, – парировал тот.

– У меня, брат, сессия, – хмыкнул Артём, – экономическая география послезавтра. Уровень добычи руды, угольные месторождения.

– О! – с уважением посмотрел на него Ричард. – Нет, я.. – он замялся.

Артём перебрал в уме варианты, но тот продолжил сам:

– Я ещё гимназист. Знаю – последнее дело тут быть.

– Полно! – засмеялся Артём. – Я вот и не понял, выглядите на чистый второй курс. Сейчас можно носить такие стрижки?

– Нельзя, – признался Ричард. Артём с любопытством разглядывал гимназиста: как это он промахнулся? Впрочем, Ричард был высокого роста, стрижка у него была студенческая, лицо – серьёзным, вполне тянет на старательного младшекурсника.