Мошки в янтаре. Отметина Лангора. Стена, которой нет. Пробуждение

– Почему?

– Побудь с сестрой. Тан ей покажи, поговори, авось вспомнит что. У матери и тёток работы полон дом, а Савра мала еще. Да и здесь тебе дел хватит: амбар давно починить надо, скоро зерно ссыпать. Холодники опять же подновить, старый уж обваливался по весне. Навесы проверь, у правого, кажись, столб подгнивший.

– А как же…, – Ирве оглянулся на двор, где Эрмон и мальчишки уже сложили на телегу косы.

– Ничего, справимся пока. Пойдешь с нами стога метать. Сейчас ты тут нужнее. Вайра пусть тебе помогает по мере сил.

– Как скажешь, отец.

Вера вместе с Саврой вышла на крыльцо смотреть, как Ирве открывает ворота. Эрмон тряхнул вожжами, чмокнул, и бодрая круглобокая лошадка потянула телегу. Форк и Гвир сидели сзади, болтая ногами. Савра скорчила рожицу брату, а тот погрозил ей кулаком. Телега выехала со двора, и Вера вернулась в дом. Айна и её сестра уже закончили убирать со стола, и пошли в хлев. Вера поискала глазами Савру, которая только что была рядом, но та уже улепетнула куда-то.

В горнице остались только мальчонка и большой черный кот. Вера улыбнулась, глядя, как малыш, развалившись на полу возле кота, дергает того за задние лапы. Сытый кот терпеливо сносил эту экзекуцию, широко раскинувшись и прикрыв глаза. Малыш посмотрел на Веру, дернул кота за левую лапу и изрек:

– Мява!

Вера присела на скамью.

– Мява! – мальчик потянул кота за другую ногу.

– Мява? – Вера улыбнулась. – Значит, мява – это кошка?

Мальчик ухватил животину за хвост, и дернул. Кот заорал, извернулся, чиркнул агрессора когтями по руке и удрал.

– Ма…!!! – заревел мальчик.

Вера протянула руку, поглаживая мальчика по светлой головке. На крик в горницу заглянула Нерса.

– Эриг, чего кричишь?

– Мя-а-ва-а!!

– Ах он, зверища, Валкун его порази. Ну-ка, давай на двор. Кто у нас охотник? Кто у нас воин отважный? Эриг. Охотники не плачут.

Нерса увела сына, и Вера осталась совсем одна. Чувствуя себя абсолютно бесполезной и чужой здесь, она поднялась, и, вытирая проступающие слезы, пошла в свою комнату.

Вдруг кто-то тронул её за локоть. Вера оглянулась и увидела Ирве.

– Снова плачешь, – грустно покачал он головой. – Я больше не позволю. Идем, тан посмотришь.

Он взял её за руку и вывел за собой. Дом Ори стоял на пригорке, и с крыльца можно было видеть большую часть поселка. Ирве широко повел рукой.

– Гленартан. Тан. Ну, вспомни. Наш тан. Пойдем, покажу всё.

Они вышли из ворот, и неторопливо пошли меж сельских дворов.