Мошки в янтаре. Отметина Лангора. Стена, которой нет. Пробуждение

 – Хорошо же ей досталось по голове от того варнинга!

– Угомонись, Шана, – нахмурился Ирве, беря Веру за руку.

– Заступаешься за сестренку? А у неё самой что, язык отнялся? Или его отрубили вместе с рассудком, когда личико подправили?

Ирве вздохнул, сдерживаясь.

– Шана, замолчи! Чего тебе неймется? Тебе лицо Вайры покоя не дает?

– Была Вайра, да вся вышла, – пренебрежительно бросила Шана. – И личико теперь у неё, не то, что моё. Такое украшение вовек не снимешь. Поглядим, как на него Ворас дальше смотреть будет.

– Ах, вот что. Весь этот сыр-бор из-за Вораса? Бабья ревность.

– Да к такой теперь и ревновать-то зазорно. Мало того, что уродина, так еще и полоумная.

Девушки за её спиной перешептывались и посмеивались. Вера облизнула губы, сделав шаг вперед, к Шане.

– Послушай, Шана. Я, возможно, тебя когда-то обидела. Если что-то было, прости и не держи зла. Не надо меня ни к кому ревновать, хорошо? Как бы это объяснить…. В общем, не до этого мне сейчас. Ну, мир?

На лице Шаны было написано такое недоумение и презрение, что Вера смешалась и замолчала.

Шана отступила к ограде, и, выдернув из ряда кольев два шеста, бросила один к ногам Веры.

– Бери! – Шана крутанула в руке шест. – Покажи, что умеешь.

– Я не буду.

– Будешь. Подними!

Шест свистнул в воздухе. Удар пришелся по правому бедру, и Вера, вскрикнув, упала на колени. Ладони уперлись в шершавое дерево.

– Бери шест, полоумная!

– Нет! Не честно бить безоружного!

Вера отбросила палку.

– Честно – у тебя есть оружие.

Но противно.

Шана отшвырнула свой шест, и, развернувшись, быстро ушла. С ней, озадаченно оглядываясь на поднимающуюся с земли Веру, ушли её подруги.

– Вайра, – Ирве помог ей подняться.

– Больно, – пожаловалась она, морщась.

– Идем домой, – Ирве взял Веру под руку, и она, отряхиваясь, похромала рядом с ним. Ворас, насупившись и опустив плечи, смотрел им вслед.

Из-за ограды, никем не замеченный, задумчиво покусывая длинный ус, глядел на эту сцену Баэлир.

Больше Вера на вечорки не ходила, как ни старался Ирве с уговорами.

Вечерами, когда детвора улепетывала из дома на улицу, женщины собирались в горнице за работой и разговорами. Но Вера предпочитала находиться не с ними, а во дворе, где Ори тренировался на пару с Эрмоном. Частенько к ним присоединялся и Ирве. Вместо мечей и ножей мужчины использовали крепкие палки. Вера садилась на крыльцо, и наблюдала за ними, не уставая поражаться их силе, ловкости и умению владеть своим телом.