Мошки в янтаре. Отметина Лангора. Стена, которой нет. Пробуждение

Неугомонная ребятня, только что взбивавшая сухую пыль босыми пятками, куда-то исчезла. Затихли даже перелаивающиеся собаки, и, поджав хвосты, убрались в тень высоких заборов с площади, где остался лежать мертвый зверь.

Как только солнце коснулось краем дозорных вышек, над селением поплыли тяжелые низкие звуки набата – Баэлир звал народ.

– Вайра! – нетерпеливый голос Ори заставил Веру встрепенуться. Она выбежала, и в дверях столкнулась с Айной. Та была белее полотна. Ори подошел к поленнице, и, выбрав из штабеля дров поленья подлиннее и потолще, взял их в охапку.

– Время. Идемте.

Потянулись из домов люди – мужчины с вязанками дров, мрачные и молчаливые; заплаканные бледные женщины, за подолы которых цеплялись дети с не по возрасту серьезными и печальными личиками; годами не покидавшие своих келий древние старцы, ведомые хмурыми подростками, плотно сжавшими губы и казавшимися старше. А медный голос била всё тянулся над таном, сочился сквозь стены, скликал людей.

Пришли все. Пришли, чтобы просить богов о милости, о прощении за проступок одного из них, о снисхождении и помиловании жителей Гленартана за совершенное святотатство.

Еще час назад горизонт, на сколько хватало глаз, был чист. А теперь с севера поползли лохматые темные тучи, подкрашенные светом заходящего солнца в пунцовый цвет. Опережая тучи, промчался над Гленартаном ветер, дохнув холодом наступающей осени. Собаки вытянули морды, принюхиваясь к принесенным из-за далёких гор запахам, беспокойно поводя ушами.

Сходившиеся на площадь люди складывали принесенные поленья на указанное Баэлиром место, пока не образовался внушительный штабель. Оглядев получившееся сооружение, Баэлир удовлетворенно кивнул. Он обвел глазами собравшихся сельчан, и они, поняв безмолвный приказ, отступили назад. Семья Ори выдвинулась в первый ряд. Вера, заинтересованная происходящим, хотела протиснуться вперед, но Ори удержал её и указал себе за спину. Рядом с ним, заслонив собой Веру, встал Эрмон. Вера послушно притаилась за ними, подальше от неприязненных взглядов людей, наблюдая за происходящим в промежуток над плечами мужчин.

Она увидела, как жрец вывел на середину Ирве, и услышала судорожный вздох Айны. С головы до ног закутанный в ниспадающий светлый холст, Ирве остановился возле туши мадвура. Баэлир широким кругом расставил вокруг Ирве и зверя многочисленные глиняные плошки, что-то налил в них из большого узконосого кувшина. Обрызгал из этого же кувшина поленницу.