Мошки в янтаре. Отметина Лангора. Стена, которой нет. Пробуждение

Она сунула голову и плечи в узкий проем, удостоверяясь в том, что сможет протиснуться. Бросив взгляд вниз, Вера обомлела от высоты, с которой ей предстояло спуститься, и крепче стиснула пальцами веревку. На берегу под обрывом она различила два человеческих силуэта и тень лодки на воде. Выкарабкавшись из окна, Вера спустилась по веревке, и оказалась в руках Ори. Тот обнял её, приложив ладонь к губам, и быстро отвел к лодке. Вера увидела на веслах Ронана и кивнула ему с благодарной улыбкой. Ори оттолкнул лодку от берега, запрыгнул в неё и махнул юноше, – «Быстро уходим».

Ронан греб, а Ори, сидя вполоборота с луком наизготовку, слушал ночь и всматривался в береговые тени

Лишь когда они ступили на берег среди ракитовых зарослей, Ори подал голос.

– Как ты? – тихий голос был полон тревоги.

– Теперь хорошо, – так же шепотом ответила Вера. – А что произошло?

– Потом объясню. Надо убираться отсюда. Ронан!

Юноша подошел, и Ори крепко его обнял.

– Спасибо, Ронан! Пусть боги будут к тебе благосклонны.

Мой тан – твой тан. Деда благодари от меня. Я ваш должник. Прощай! Вайра, едем.

Вера, в свою очередь, тоже обняла и поцеловала Ронана, прошептав:

– Спасибо!

Она и Ори вскочили на коней, и, в последний раз махнув юноше, исчезли в ночной мгле. Пустив коней быстрой рысью, а на равнинах переходя в галоп, нигде не останавливаясь, за ночь они преодолели расстояние до придорожной избушки. Вера, буквально свалившись с седла, предвкушала отдых после суточного бодрствования. Но Ори, тревожно поглядывая на восходящее солнце, жестко распорядился:

– На отдых – час.

Кони устали. Можешь подремать, пока я их напою. Еда в сумках, огонь разводить не будем.

Вера с сожалением вздохнула, вытащила из седельной сумки хлеб. Запивая водой из родника, поела, не забыв скормить горбушку Крепышу. Войдя в дом, повалилась на лавку и отключилась. Через мгновение требовательный голос Ори и крепкий хлопок ладонью по спине заставил её подняться. Умывшись холодной водой, чтобы взбодриться, Вера взобралась в седло, и снова началась стремительная скачка.

Из леса, что рос вблизи Гленартана, выехали после полудня. Ори придержал коня на границе леса.

– В тан тебе нельзя. Я поеду туда один. Вернись в лес, езжай по дороге до вырубки. Там поверни направо. Укроешься в овраге, огня не разводи. Я приду туда, как все устрою.

– Что устроишь? Что вообще происходит? Почему мне нельзя в тан? – ошарашенная словами Ори, Вера набросилась на него с расспросами.