Карповая Диета

Ну, и к чему ты клонишь?

– А я помню, как она садилась не за первую парту, а на стол в вашей преподавательской. Интересно.

Пожилой мужчина посмотрел на собеседника, вскинув взор над сползшими к носу очками. Его румяное, изнеженное морщинами лицо изменилось, выдав на суд собеседника легкую, почти доброжелательную улыбку.

– Ты решил подшутить, или твои манеры сами вдруг решили дать сбой? Я не считаю, что ты хотел бы говорить об этом со мной. Хотя лекция получилась бы весьма занимательная.

Они оба звонко рассмеялись.

Погода на улице стояла замечательная. Уже несколько дней на небе не виднелось ни облачка. Голубое небо принимало самые поразительные оттенки, успокаивало, разрешало сидеть под ним часами без остановки, вести глупые, а порой не очень, разговоры. Город стоял неподалеку. С горы, на которой сидели друзья, можно было легко разглядеть несколько кварталов, которые толстопузой змеёй растянулись с востока на запад.

– Бабочки, мистер Милль. Они же красивые, как я полагаю?

– Несомненно.

Ты решил поспорить?

– Достаточное ли оно основание, для того чтобы я чувствовал эстетическое удовольствие? Они ведь всего лишь такой же кусочек действительности, как и всё остальное вокруг, – он взял небольшой камешек в руку, – вот, например, камень. Он такая же часть странной и непонятной природы, как и бабочка. Почему мы считаем, что красива именно она, а не, например, этот камень?

– Ты хочешь сказать, что мы в нашем непонятном сравнении не замечаем красоты обычных вещей, окружающих нас, наполняющих все вокруг той действительностью, до которой просто невозможно дотянутся, хотя бы приблизиться?

– Вы не поняли.

Я не об этом. Как мы вообще решили, что красива именно разноцветная бабочка, а не серый камень? Причем, как я понимаю, все вокруг склонный к этому мнению. Почему для нас какое-то нелепое насекомое лучше, нежели твердый камень, из которого мы строим дом, собираем костер. Разве его свойства для нас не величественнее и краше глупой бабочки?

Камень из руки отправился в полет.

Вниз, к подножию соседнего холма, к ногам угрюмого и бездыханного титана.

– Не всё всегда можно определить полезностью, мой друг.

Человек постарше вынул из кармана желтоватую блеклую пачку с сигаретами. Не было никакой уверенности в завтрашнем дне. Снова и снова помирающее на западе солнце медленно заходило за горизонт, растворяясь в объятиях зеленеющих сопок, не оставляя никаких гарантий на новое возвращение.