Дороги наёмника

В нашем случае это была все та же палаческо-знаменно-сигнальная группа. Всем остальным было положено крутиться самим. И я бы сказал, что в таком подходе что-то было – вся моя жизнь была живой иллюстрацией, что не заработанные потом и кровью блага люди не ценят. Денежное содержание аэронских наемников вполне себе позволяло о себе позаботиться.

Лично мне как второму лейтенанту роты полагалось денежное содержание в четыре аэронских бизанта[7 - Бизант – когда-то давно золотая, ныне (в Аэроне) самая крупная из серебряных монет.

Номинал – 1/12 аурея, масса монеты в пределах 30–31 грамма серебра.] в сутки. В месяц такая получка давала десять золотых ауреев, читай, что на скверную «бюджетную» кольчугу я зарабатывал за три-четыре дня. Остальные получали, конечно, поменьше, мое жалованье равнялось получке наемничающего с небольшим отрядом баннерного рыцаря, однако сэкономить на бухле и пряниках, скопив за полгодика на приличные шлем, панцирь, фальшион и алебарду, могли себе позволить даже рядовые бойцы.

Стоимость хорошей алебарды начиналась с того же бизанта, если точнее двенадцати серебряных тетр[8 - Тетра – когда-то бронзовая, после последней денежной реформы самая мелкая из серебряных монет Аэрона, 1/6 от полубизанта/драмы и соответственно 1/12 от бизанта. Бронзовые тетры сохранены к использованию как платежное средство, однако ходят в небольших объемах и в основном в глухих уголках Империи, чеканка их прекращена.]. Даже самая что ни на есть низкооплачиваемая категория наемников, бездоспешные щитоносцы «скутаты», без сильной экономии на желудке могли заработать на нее нужную сумму самое большее за месяц.

В целом избранная профессия, прямо как у бандитов девяностых в России, была довольно-таки опасной, но очень высоко оплачиваемой. Жаловаться на жизнь было грешно. Особенно после того, как мне выдали аванс, чтобы я мог купить себе строевого коня, повозку и нанять слуг. Тех мне требовалось как минимум двое – ездовой – охранник на телеге с личным имуществом и непосредственно личный слуга-оруженосец, делающий жизнь комфортной.

Стираться и готовить вечерами похлебку на костерке мне – как лейтенанту – было не по чину. По уму следовало бы содержать даже троих, второго слугу или пажа вместо него. Работы для них хватало в любом случае, а денежное содержание «лагерных» слуг еще и компенсировалось руководством предприятия, так как они относились к категории носящего оружие и участвующего в битвах люда.