Орк: Вторая жизнь. Убийца эльфов. Властелин островов

Для взятия этой Бастилии с земляной крышей колдун собрался пожертвовать даже остатками своих порошков, закинув тючок с горящей берестой и тлеющей травой, посыпанной порошками, в бойницу. Он рассчитывал, что спросонья наблюдатели не найдут амулеты, а потом будет поздно, одуреют, после чего мы вырубим дверь.

Все удалось блестяще, пришлось только поволноваться, когда подкрадывались к срубу. Там все спали, даже долженствующий бодрствовать. Неожиданности начались потом, когда все трое пленных умерли при попытке Сигурда их допросить как при помощи палантира, так и без него.

Снять защиту ему не удалось.

Это его несколько раздосадовало. Он обратил мое внимание на одинаковые серебряные амулеты у всех троих. Ругался нехорошими словами, показывая:

– Смотри, от морока амулеты, против отвода глаз. Поэтому и снять не удалось. Но без этого амулета попытка отвести глаза убивает.

– Ты же говорил, что нельзя запретить в разум залезть? Только неискусному?

– Говорил, только у них сердце остановилось сразу, как я их разума коснулся.

– А разве амулеты не мешают?

– Мне – нет. И любому, кто знает много. Это через палантир к хозяину не пройти, а такие амулеты разве что морок рассеять смогут, который на всех подряд цепляется. Они полезны еще, когда морок ради кого-то одного накладывают, чтобы именно на него подействовало… Также они умерли бы, если бы амулет ослабел ниже назначенного предела. Того, кто им защиту ставил, жизни их не интересовали, даже если случайно помирать будут.

Он и сам, наверное, защиту снять не сможет. Слишком чуткая. Хотя это от слабости, наверное. Если бы не так чутко ставил, можно было попытаться. Хоть с одним могло повезти. Но, увы, не повезло. Страшное дело, после такого мага всю жизнь амулеты нельзя снимать.

Потом Сигурд оставил мысли об ужасах и жестокостях мира, обреченно махнул рукой:

– Хотя от эльфов следовало этого ожидать. Для них смертные, особенно те, что им служат – что курицы из курятника.

Надо – голову отвернут и бульон сварят.

Опять задумался. Потом кашлянул:

– Пошли.

Мы начали спускаться по склону, по натоптанной противником тропе, когда наконец встретились с местной нечистью.

* * *

Сигурд шел впереди, с копьем в руках. Внезапно он остановился и начал крутить головой, будто принюхиваясь, но было поздно.

Сзади послышался непонятный шорох, хрустнуло, послышался звук удара и раздались крики.