Вторжение

Народ почему-то развеселился. Шубин тоже подавил улыбку.

– А что ты считаешь криминалом? Компания «Голден Гермес» в своей работе принципиально против нарушений положений российского законодательства.

Мне тоже очень захотелось ухмыльнуться:

– Включая хранение и перевозку оружия на корабле с кипрским флагом?

Может быть, я и зря это сказал, однако, когда тонешь в болоте вне видимости от берега, не до политесов. О подразделении, в которое меня вербовали, требовалось узнать максимум. Реально, насколько я оценивал ситуацию, никакого особого выбора у меня не было.

Со мной просто соблюдали приличия. Слишком глубоко я залез в секреты, которых не должен был даже видеть, не то, что в пронизанных ими событиях участвовать.

Народ снова развеселился, Шубин в этот раз тоже не стал давить ухмылку:

– Разумеется. Нет, мелкие рабочие нарушения процедуры, безусловно, найти можно, но наличие оружия на «Язоне» полностью в рамках закона. Ты реально думаешь, что это все… – Шубин крутнул пальцем, – можно закупить и вывезти без привлечения внимания органов? А если ты про автоматчиков на палубе, то контейнеровоз к этому времени находился вне российских территориальных вод.

Как и мы с тобой сейчас. Чья земля – того и законы. Я полагаю, что это правильно.

– И какое наказание по законам этой земли я понесу за свои четыре трупа?

– Конкретно этой? Никакое. Необитаемый остров, закон тут одни мы. Ты же не своих соседей по балку там пострелял? Смело можешь считать убитых бешеными собаками, от которых спас жизни людей.

– И разборок с правоохранительными органами страны, где мы находимся, не будет? Они посчитают так же? – Тут я показательно включил дурочку, хотелось посмотреть на реакцию.

Вот только Шубин меня тут же раскусил:

– Сергей, маска дурачка тебе не идет. Ты уже давно все понял и прекрасно понимаешь, кто является правоохранительными органами на архипелаге. А кто бандитами и незваными гостями… Короче. Заставить тебя я, конечно, могу, но не собираюсь. Не оправдает.

Нам в отряде нужны одни добровольцы. Если говоришь «нет», подписываешь документ о неразглашении и валишь на берег. Если «да» – кончай выкобениваться, пиши рапорт и вали на берег за личными вещами, ты переезжаешь. На условия никто не жалуется, но все подробности только после твоего согласия. Второго шанса у тебя не будет. Твой ответ?

Я задумался. И когда наконец-то решился, то даже задержал дыхание, как перед прыжком в воду, прежде чем ответить – да.