Вторжение

Я сделал стойку, Николай определённо знал про эту фирму куда больше, чем я.

– А ты откуда это знаешь? Работал в фирме раньше?

Мужик усмехнулся.

– Я и сейчас работаю. Место работы решил сменить и сына в нашу мутную контору затянуть.

Познакомились и с Николаевым сыном Иваном. Я продолжил расспросы.

– Место получше приметил? А без Москвы никак?

Николай любопытство воспринял как должное.

– При смене подразделения – никак. Только после собеседования с куратором.

– Гы… народ прямо как в охрану Путина набирают.

Оба родственника на мои слова дружно хмыкнули.

– Ты это, конечно, сильно сказал, но где-то так оно и есть. Говорят, отсев на собеседовании установлен в тридцать процентов. Мало нам психолога, еще и РПН, коли морда не понравилась, сразу режет.

Я непритворно заинтересовался:

– И чего так? Ваша вахта – это же не филиал отряда космонавтов?

Николай уже откровенно засмеялся.

– Но очень старается им стать. – И тут же убрал улыбку. – Все правильно делают. Первая моя фирма, где на вахтах лодырей, лоботрясов, алкашни и бешеных росомах не попадалось.

С подбором кадров в «Гермесе» все в порядке. Если на слово поверишь. Пройдешь куратора – сам всё увидишь. – И тут же деловито уточнил: – Насчет синевы не сильно падок?

Я безразлично развел руками:

– Пивка под настроение не прочь, водочка тоже бывает, но свою норму знаю.

– Это хорошо… Любителей синьки у нас не держат.

– И рекомендовавших их тоже?

Николай спокойно согласился:

– Да, так и есть.

Ты, я так вижу, уже предупрежден.

Я кивнул. Николай продолжил:

– Жестко, но тоже правильно. Сейчас не социализм. Я на вахту еду деньги зарабатывать, а не за дармоедов работать. Каждый должен сам свою краюху отрабатывать.

Тема себя исчерпывала, и я предпочел перевести разговор. Психологический портрет собеседника у меня уже сложился.

– Куда набирают, не в курсе?

Николай снова остро на меня глянул и скривился в ухмылке:

– Слухи разное доносят. Сплетничать не буду. Если повезет, нам как раз сегодня и расскажут.

Разговор прервался, на чайном столике вскипел чайник, потом следовало успеть помыться, побриться и позавтракать, впереди был весьма напряженный день.

* * *

За столом кабинета, куда меня пригласили на собеседование, сидели двое в хороших костюмах с открытыми папками перед собой. Первым был сухощавый мужчина в возрасте, которого я, едва глянув, определил тем самым куратором проекта, которым меня в хостеле пугали.