Линия жизни

Марийцы, немало рассерженные княжеским бунтом, методично истребляли бегущих, пока собственные их силы не иссякли. Воинам Гита, стоявшим в первых рядах, досталось больше других – в Син-Ти смогла вернуться лишь пара десятков смертельно напуганных и уже непригодных к бою мужчин.

Теперь победитель спешно двигался вглубь Корса – для получения положенной ему репарации, восполнения запасов, а попутно – ради грабежа и сопутствующих тому утех.

После столь ошеломительной победы марийцы ожидали увидеть Син-Ти с дружелюбно открытыми замковыми вратами, радушной знатью, рьяно извиняющейся за прежнего князя и предлагающей многое ради сохранения малого – их жизней и личных наделов.

К неожиданности победителей Одинокая крепость, ощетинившись копьями и наглухо заперев свои врата, встретила их полным молчанием. Яль, младший сын погибшего князя Гита, хмуро стоял на центральной стене, обозревая приближающиеся к его замку полчища неприятеля.

По всем понятиям воинского искусства защитники Син-Ти в предстоящем сражении не имели и малейшего шанса.

Многократный численный перевес марийцев, большой и слабо укрепленный замок, разница в боевых навыках и силе духа – абсолютно все складывалось не в их пользу. И все же они решили драться.

Удивленный безрассудной смелостью врага, Зига – назначенный на этот поход гаири[1 - Предводитель войска у марийцев.], – приблизившись к стенам Син-Ти, остановил свое устрашающее войско.

Вид Зиги был также пугающим: бритая голова с тонкой полоской «гривы» по центру, изуродованная шрамом правая щека, усеянная мелкими шипами кожаная броня, неспособная скрыть могучести торса своего хозяина.

Завидев на стене знатную особу, Зига выехал вперед, повернул коня боком и громко, но в то же время зловеще-неторопливо, произнес:

– Малыш, в этом нет смысла. Ты обречен.

Яль глубоко вздохнул, про себя моля богов, чтобы голос его предательски не дрогнул.

Собрав свою волю в кулак, он оперся на крепостной зубец и как мог спокойно молвил:

– Рединок.

Рединком называли сражение между лучшими воинами двух враждующих сторон, решающее исход всей битвы без масштабных баталий. К рединкам в те времена прибегали редко: когда силы были равны, а предмет войны не сильно важен, вернее, менее важен, чем доброе имя предводителя, которое могло быть утеряно при нарушении условий поединка.