Бирюльки

 – Не загуби мою одежду!

Хотел было я ответить что-то типа «Будь спокойна, подруга!», но тут прибыли они – летающие, полупрозрачные, слегка зеленоватые, с большими мордами, за которыми можно было не заметить всего остального тела. Можно даже сказать, что телом эти твари не обладали – их морда как будто сразу переходила в четыре длинных хвоста-щупальца. Всего я насчитал девять замордышей.

Некоторое время они кружили около нас, издавали свои мерзкие вопли, при резких виражах задевая меня своими склизкими хвостами.

Было страшно, даже думать не хотелось, что мне придется терпеть их объятья. Хотелось выругаться, но я молчал, сохраняя неподвижность.

Терпеть пришлось немало. Сделав несколько кругов, замордыши один за другим начали приземляться на нас. Сначала он садится на тебя, утыкается мордой в доспехи, а затем запускает под них свои скользкие лапки и присасывается прямо к твоей коже. Холодный, вонючий, щипающий. Его отвратительная морда остается при этом снаружи.

Мне повезло, и меня выбрали пятеро, тогда как Рэйку – только трое.

Первый присосался к животу, второй – на левом плече, третий – на шее, еще двое – на ногах. Один из них оказался с обратной стороны колена, сильно щекоча и раздражая меня. Больших трудов мне стоило, чтобы от досады не впирить его Рэйкиным реликтовым топором.

Эти пятеро начали дружно высасывать мою жислу – да так резво, что я начал сомневаться в действенности могучей регенерации «Адского Панциря». Терял я около одного процента жислы в секунду, а сидящие на мне замордыши за счет этого меняли свой цвет со светло-зеленого на розовый.

Больше всех, однако, меня беспокоил последний замордыш, все еще круживший в воздухе. Когда моя жисла упала ниже тридцати процентов, я чуть не начал паниковать. Лишь полный «умиротворения» взгляд Рэйки, направленный прямо на меня, удержал меня от немедленной рубки скользких тварей.

Последний летун успокоился только на четырнадцати процентах. К моему счастью, он уселся на Рэйку – прямо на ее грудь, которая по странной прихоти хозяйки была весьма скромной и наглухо закрытой от чужих взоров.

Через несколько секунд Рэйка слегка кивнула – это был знак к атаке – достала кинжал и медленным движением отрезала половину своего «нагрудного замордыша». Самое интересное, что тварь при этом даже не дернулась, как будто не чувствовала, что ее половинят.

Последовав ее примеру, я первым делом порезал замордыша, присосавшегося к моей коленке. Вторым был тот, что на животе.