Бирюльки

Но когда я приступил к следующему, на левой ноге, трое оставшихся вдруг зашевелились, а их розовый окрас начал разбавляться черными пятнами. Было ощущение, что они хотят отцепиться от меня – щипки ослабли, лапки зашевелились.

– Не двигайся! – услышал я крик Рэйки, за которым последовал свист кинжалов около моей шеи.

Чернеющие полуголовые твари упали на землю, а Рэйка еле заметными глазу движениями раскромсала их трупы еще на несколько частей.

– Болван, ты чуть не спугнул их! – ругалась она, поспешно распинывая по сторонам то, что раньше было замордышами.

 – Ответь мне, Лютик, каких трофеев ради ты начал с самой неудобно сидящей твари?!

Я попытался ей объяснить, однако вышло неубедительно. Нобит, болван, балбес, симурах – как она меня только не обозвала! Она даже пообещала убить меня, если я еще раз так симурахну.

После Рэйка зазвала замордышей из оставшихся проходов. На этот раз я оказался молодцом, что позволило моей спутнице наконец успокоиться.

– Слышь, Рэйка, – я окрикнул ее, когда с последними тварями было покончено и мы двинулись в один из проходов в лесной изгороди.

– Слушаю.

– Мы тут с тобой покромсали почти три десятка неубиваемых тварей.

– Ну…

– Ну меня просто удивляет – где одежка тех чудиков, которые полегли на этой поляне до нас? Не могли же все они справиться с замордышами?!

– Не будь балбесом, Лютик! Трофеи погибших забраны теми, кто смог пройти эту поляну.

А несколько свежих трупов мы еще найдем – на этой тропе или на двух других.

Собственно, так оно и получилось. Туда и обратно мы прошли по всем трем тропинкам, обнаружив больше двадцати погибших, а точнее оставшихся после них комплектов одежки. Как я смог заметить, мне отдавали всего одну или две вещи из полного комплекта, все остальное уходило Рэйке.

Несколько вещиц оказались весьма недурными, если, конечно, не сравнивать их с той экипировкой, которую я получил от Рэйки.

Особенно хорош был маленький кулачный щит – «Спасительный Кулак», дающий почти полную защиту от заклинаний замедления и заморозки. Против некоторых тварей, особенно гвардейских, – крайне полезная штука, которая, будь она у меня ранее, заметно упростила бы мне жизнь.

– Глянь, какая штуковина мне попалась! – не удержался я, чтобы не похвастаться.

– Рано радуешься, Лютик! – последовал гадостный ответ моей рады.