Божья искра

С наукой Петр Леонидович не распрощался. За эти годы Калабин зарегистрировал больше двух сотен патентов и изобретений, большую часть которых выгодно продал бизнесу и сколотил тем самым немалое состояние. Заработанные деньги уходили на биржу, приносили ему еще большие прибыли, использовались для новых разработок и новых прибылей.

С патриотической точки зрения самым прискорбным в этой истории был характер новых калабинских изобретений – прикладное программное обеспечение, лампы дневного света, генетически модифицированные семена, сверхпрочные резиновые смеси для автомобильных покрышек… Эти маленькие победы, несомненно, позитивно сказывались на экономике страны, однако, принимая в учет гений Петра Леонидовича, все это выглядело как закапывание его таланта в землю, непозволительное в глазах Родины расточительство.

Со стороны складывалось впечатление, что Калабин хочет всем доказать, что способен к изобретениям и открытиям во всех областях и что человек науки тоже может быть очень богатым.

Все эти годы в Кремле смотрели на калабинские причуды сквозь пальцы. Предполагали, что поиграется, да перестанет, возьмется за ум. Этого не случилось, а потому к нему направились первые посланцы – бывшие коллеги, чиновники и даже артисты, призывающие его вернуться к серьезной науке. Калабин по-русски отправлял их куда подальше, а когда на него попробовали надавить, не на шутку взбесился, заявив, что хоть сейчас готов кончить с жизнью и тогда от него вообще никакого толку не будет.

Все это очень вкрадчиво и предельно серьезно было изложено Ивану Алексеевичу из уст первого лица страны.

Теперь была очередь попытать удачу Лесину.

Иван Алексеевич знал, почему выбор пал на него. Еще в пору работы в Министерстве образования (лет около шести или семи назад) Лесин встречался с Калабиным в Сколковском центре – на международной выставке, как раз посвященной последним достижениям робототехники.

Иван Алексеевич хорошо помнил эту встречу, помнил горящие глаза Калабина, увлеченно рассказывающего ему о том, как работает сконструированный им робот, какие возможности он раскрывает и что в нем обязательно нужно доработать.

Все эти рассказы очаровали тогда еще по-юношески романтичного Ивана Алексеевича, он жадно расспрашивал Калабина о все новых подробностях, и на следующий же день ученый пригласил Лесина к себе в мастерскую, располагавшуюся в отдаленном селе Калужской области.

За два дня общения эти двое очень понравились друг другу.