Глаза истины: тень Омбоса. Часть 1. На тропе возмездия

Боль только прибавила ему решительности – так больше не может продолжаться. Если он не выдержит, то сотни людей умрут.

Он вытащил из коридора стул и поставил его под крюком люстры. Кожу на ногах саднило и кололо от боли. Владимир никогда не думал, что для него все так закончится. Смотав простыню в подобие каната, он поднялся на стул и привязал один конец к крюку в потолке. Непослушные пальцы никак не желали связывать петлю. В голове стучала мысль, что все еще можно остановить, если только связаться с нужными людьми и попросить о помощи.

Но Владимир знал, что даже они не смогут справиться с тем, с чем он столкнулся.

Луна успела переместиться, и теперь вся его комната была залита потусторонним магическим светом, в котором каждый предмет, отбрасывавший тень, приобретал новые, чудовищные очертания. Взгляд непроизвольно скользнул по разбитому зеркалу, которое не хватило сил вытащить в коридор или кладовку. По его поверхности паутиной разошлись трещины – результат удара, которым Владимир попробовал себя обезопасить.

Глаза уставились на собственное отражение, которое больше напоминало ему пациента психлечебницы. Даже мятая белая роба на мужчине была соответствующая.

А я ведь такой и есть, – попытался в последний раз успокоить он себя. – Никто другой не видит того, что вижу я…

Из полированной зеркальной поверхности на него уставились два алых гневных глаза, словно пытавшихся сжечь его на месте. От ужаса Владимир только лихорадочно заработал руками, перебирая пальцами петлю и заталкивая в неё голову, стягивая самодельную удавку на шее.

– Убей их… – шептали ему голоса, которые для него после долгих часов, проведенных в одиночестве, слились в один, потусторонний. – Убей их… У тебя нет выбора… Ты останешься жить…

Он знал, что это всего лишь уловка, чтобы заставить его выполнить требование той злобной сущности, что смотрела на него из глубин зеркала. В сиянии луны угадывались её исполинские очертания. Владимир не был намерен лишать жизни кого-либо. К тому же было ясно, что его не оставят в живых ни при каком исходе.

– Не делай этого, – захрипел голос у него в ушах, словно говорящий был рядом и дышал прямо в затылок. Мужчина оглянулся, хотя знал, что в комнате никого нет. – Ты еще можешь сослужить мне хорошую службу. Я вознагражу тебя за верность.

Оно испугалось его намерения, значит, не все в его власти. Оно не способно диктовать ему свою волю, иначе бы он не взобрался на этот стул и не накинул петлю.