Череп под раковиной

Я уже видел этого господина пару раз во время ужина. Силюсь вспомнить хотя бы его фамилию, но безуспешно.

Наконец я собрался и присоединился к остальным на улице. Сыплет мелкий снег, ночью температура опустилась ещё, и каждый шаг отдаётся хрустом. Над головой белеет небо, солнце такое же белое, выделяется на общем фоне лишь блёкло-жёлтым нимбом. Если бы не громогласные голоса Дженкинса и Ричарда Беннетта, начальника поезда, то лес затягивал бы нас в свои дебри приятным шелестом и безмятежным спокойствием.

Следом за мной из поезда неуклюже вывалился молодой мужчина. Средний рост, внешность неприметна, даже пальто настолько обыкновенное, что такого прохожего, будь он твоим самым лучшим другом, ни за что не заметишь в толпе. Наверное, единственная его отличительная черта – привычка держать грудь колесом. Мужчина также в отличной физической форме, а в его нелепом появлении виновата подруга, на которую он засмотрелся.

– Тедди Джонс, – решительно представился он. – А Вы, если не ошибаюсь, мистер Стоун?

– Именно.

– Не думал, что однажды мы вот так, – он коротко рассмеялся и нервно поправил воротник пальто.

– Вот так что?

– Снег чистить будем. Надо же! – воскликнул Джонс. – Какое ещё открытие меня сегодня ждёт? Может, Эрин скажет, что наконец согласна выйти за меня? – он рассмеялся. – Я был бы счастлив, а Вы?

– Вряд ли, – я пожал плечами, – мы с Эрин ведь даже не знакомы.

– А Вы шутник, мистер Стоун, – Джонс смерил меня взглядом с лисьим прищуром.

 – Так и не скажешь.

Тедди достал портсигар и закурил сигареты-самокрутки. Он с удовольствием, прикрывая глаза, затянулся, а затем выпустил изо рта облако плотного дыма. Пока мы оба шли к завалу, Тедди Джонс всё расспрашивал, каким ветром меня занесло на этот поезд, о моих планах на будущее и между тем не забывал сам отвечать на свои же вопросы. Так я, совершенно того не желая, узнал, что Тедди заложил украшения своей покойной первой супруги и намеревался в третий раз сделать предложение Эрин – будущей миссис Джонс.

Мне также стало известно о двух племянниках-сиротах, которых взял под опеку мой чересчур болтливый собеседник. О его больной собаке, друзьях из колледжа и огромном поместье любимой тётушки, доставшееся Джонсу в наследство совсем недавно.

Наконец, я заметил грозную, хоть и не самую высокую, фигуру Дженкинса и выдохнул. Мне не терпелось приступить к работе, только бы больше не слушать о жизни Тедди.