Готикана

– Что? – донесся до нее голос мистера Деверелла, но Корвина не могла оторвать взгляд от угла, сосредоточившись и пытаясь понять, что же она увидела. – На что ты смотришь?

Она не знала. Боже, ей нужно было, чтобы мама объяснила, что с ней, черт возьми, происходит.

Пальцы, крепко сжавшие ее подбородок, заставили Корвину повернуть лицо, и она встретилась взглядом с серебристыми глазами.

– Ты точно так же смотрела в этот угол во время занятий, – тихо сказал он полным властности голосом. – На что ты только что смотрела?

– Я не знаю, – честно ответила она, позволяя прикосновению его теплого пальца к подбородку направлять ее и наслаждаясь касанием, какого никогда прежде не ощущала.

 – Наверное, это была игра света.

Несколько мгновений он изучал ее взглядом, а потом отпустил, и Корвина прикусила язык, чтобы сдержаться и не откликнуться на прикосновение.

– Тебе нужно вести себя не так заметно, когда погружаешься в свои мысли. Со всеми бывает, но я на своих занятиях не могу оставить подобное без замечаний.

А я не хочу привлекать к тебе внимание.

Корвина прикусила щеку.

– Почему?

– Потому что ты пленительна, – тихо ответил он, блуждая взглядом по ее лицу. – А мне не хочется, чтобы другие предавались фантазиям о тебе во время моих занятий.

– Другие? – спросила она, и сердце заколотилось в груди. Он фантазировал о ней?

Корвина видела, как у него расширились зрачки, черная дыра поглотила серебро, но он не сказал ни слова. Спрыгнув со стола, мистер Деверелл выпрямился во весь рост, не сводя с нее пристального взгляда, как и всю прошедшую неделю.

Корвина запрокинула голову, а сердце в груди зашлось в бешеном ритме, пока их тела общались древним, как мир, способом: учащенным дыханием, расширенными зрачками, залившейся румянцем кожей. Она видела, как подскочил его кадык, когда он сглотнул, плотно поджав губы.

– Держись от меня подальше, вороненок, – тихо проговорил он, пронизывая ее взглядом, будто разрывающим на части. – Может, ты и манящая сирена, но я не простой моряк.

Я безумный пират и пытаюсь противиться твоему зову. Если причалю к твоим берегам, то разграблю и заберу все, что представляет ценность. Будь осторожна, когда смотришь на меня таким взглядом.

На том он развернулся и направился к двери, задержавшись на пороге, чтобы пристально глянуть на нее, и ушел, не сказав больше ни слова.

Корвина шумно выдохнула, изо всех сил прижимая к груди тетрадь.

– Обалдеть.