Реальное и призрачное. Искусство управлять судьбой

Настоятель Героинового монастыря был врачом-гематологом. Он занимался изучением опыта тех российских полевых хирургов времен Великой Отечественной войны, которые переливали раненым кровь, взятую от погибших. Молодой таиландский Врач добился разрешения повторить эти эксперименты. Вначале дело пошло успешно, и Бхаттхачан надеялся в скором будущем опубликовать результаты в медицинском журнале. Но внезапно случилось непредвиденное – один из его пациентов, получивший мертвую кровь, умер от сепсиса. Родственники подали иск, и суд постановил признать врача виновным в летальном исходе.

Эксперименты Бхаттхачана были запрещены администрацией той клиники, в которой он работал. Молодой специалист под давлением общественного мнения уволился и посчитал свою медицинскую карьеру оконченной. Тогда-то он и решил уйти от мира, посвятив себя религии. В своем монашеском пути Бхаттхачан достиг больших высот и обладал, как отметил Матилал, психическими сверхспособностями.

Мне, разумеется, не терпелось пообщаться с человеком, совершившим шаг от занятий академической медициной к вершинам духовной практики.

Скорость, с которой служебный джип Матилала мчал нас по шоссе, удивляла – машина была старенькая, неказистая на вид. Водитель, автослесарь по совместительству, содержал двигатель своего железного коня в идеальном порядке. Я выразил удивление, каким образом такая по видимости развалюха продолжает сохранять превосходные качества внедорожника.

– Она только с виду старушка, – засмеялся Матилал. – Вся начинка в джипе новая.

Внешний лоск мы не придаем ему специально, чтобы каким-нибудь прохвостам не захотелось его угнать. В экспедиции всякое может приключиться, и надо хоть как-то подстраховаться.

В монастыре нас приняли исключительно приветливо, без обычной для буддийского монашества сдержанности. Матилал, похоже, был здесь своим человеком. Сразу последовало приглашение к обеду, так как наше прибытие совпало со временем монастырской трапезы. Обедали мы в скромных апартаментах настоятеля, хотя сам он на тот момент отсутствовал и должен был появиться позже.

На низком широком столе были расставлены большие миски с рисом и овощными приправами. Сидя на циновках возле стола, присутствующие – мы с Матилалом и два пожилых, но очень бодрых монаха самостоятельно накладывали угощение в свою глиняную чащку. В отличие от северного и северо-восточного районов Таиланда, где едят клейкий розовый рис, здесь-в ходу был белый, содержащий мало клейковины.