Гонка героев

– Идиот, – разочарованно подытожил Артур, и тяжело вздохнул, – а я уж и вправду поверил, что у нас есть шанс.

Смириться с судьбой было очень тяжело, но осознание неизбежности проявлялось всё чётче и чётче. Выхода не было. Да и с другой стороны, мир не особо будет переживать из-за столь незначительной потери. Что такое крошечная жизнь одинокого человека по сравнению с тысячами смертей от голода и разрухи, утопивших некогда прекрасную страну в пучине ада? Артур умыл лицо холодной водой, но облегчения от этого не почувствовал.

В камере приглушили свет, словно бы указывая на наступление ночи. К сожалению, для её сидельцев разницы практически не было. Яркий неоновый свет от окна всё так же продолжал заливать камеру разными красками. На мгновение картина стала словно волшебной. Частички пыли крошечными вихрями пролетали сквозь лучи холодного света. Они напоминали хлопья белёсого снега, танцующего замысловатый танец и неторопливо опадающего на землю. Всё казалось настолько простым, насколько и красивым.

Когда разум находится на грани и уже кажется, что ты вот-вот сойдёшь сума, начинаешь видеть вещи, которые никогда не замечал прежде, а даже если и видел, то просто проходил мимо, погрязнув в бесконечной рутине бестолкового существования. Возможно, об этом сейчас думал и несуразный сосед по несчастью. Милен был очень странным типом. Он мог часами молча смотреть в одну точку, находящуюся по ту сторону окна камеры. Что он там видел? Да и видел ли что-то, кроме своих сумасшедших идей, оставалось загадкой. Вообще сейчас весь мир казался странным. Грань добра и зла, правды и подлой лжи стёрлись в людях, не вызывая ничего кроме отвращения и злости. В итоге злость оставалась лишь только к самому себе.

Завтра день страшного суда. Артур прекрасно понимал, что это его последний шанс на оправдание, которое он не получит. До конца не верилось, что один день, одно событие может вот так сильно изменить жизнь и поставить человека по ту сторону всего того, что он некогда поклялся защищать даже ценой собственной жизни.

Спать совершенно не хотелось. В голову постоянно лезли пугающие мысли. Неужели он больше никогда не увидит Анну? Никогда не почувствует прикосновение её сладких губ? Не коснётся нежной кожи? С другой стороны, даже будучи на воле, даже прожив тысячу лет он и так бы не испытал всего этого как бы сильно ни хотелось. Тот день, что разделил судьбу на до и после.