Жизнь человечья

Аркадьевич только что пережил мое недавнее состояние и купюру мне более не доверял.

– Вишь, заботливый! – ворчал он, – Мужик зарабатывает! А о том, что он деньги на кастрюли должен тратить, нигде не говорится! – бурчал он словно моя, да и его иногда, Зинка, – Мы должны подарки доставать! Зарплата – одно, подарочек – другое!

– Ладно, ладно, не бурчи! – замахал я в его сторону руками, будто отчего-то дурного, – Закури вот.

Мы закурили и шли далее.

3

Невозможно в маленьком городе, постоянно блуждая в одном его районе, не познакомиться там со всеми и не завести друзей.

А потом, подружившись, невозможно не столкнуться в день зарплаты, прогуливаясь по тротуару, сплошь обросшего палатками и магазинчиками на первых этажах хрущевских и брежневских домов. Вот мы и встретили Карла Харитоновича, веселого мужичка пятидесяти пяти лет, стоящего учителя по шахматам в юношеском центре и первоклассного собутыльника.

– О! – обрадовался он, – Что это вы тут делаете, ась? Работу прогуливаем, мужики? – и он подмигнул, шевеля пышными усами.

– Кхе, нет, – попытался улыбнуться Аркадьевич, – Проблемка у нас, Харитонович.

– Что такое? – нахмурился он и сверкнул глазами. Мы его напугали, – Помочь чем?

– Зарплату получили, – начал я, а старик не о том подумал, не дав закончить.

– И что ж теперь? – тут же заулыбался он, – Вы до вечера ее приберегите, а потом мы уж и сообразим! Или жена все себе забрала? – пошутил он издевательски.

– На двоих зарплату дали, размены нет, – вставил я.

Харитонович призадумался.

– Знаете, – прошептал он и огляделся, – Выход есть.

Он подал знак приблизиться к нему и прошептал нам:

– Зарплату не продукцией дали? – удостоверился он на всякий случай.

– Деньгами её дали, деньгами. Одной редкой бумажкой.

Этого он не ожидал.

– Э. Акциями что ль, какими? Или иностранной валютой?

– Нашей валютой, новой, – успокоил я его.

– Вы идите к самогонщикам! – доложил Харитонович шепотом, – Те разменяют. К бандитам, – подмигнул он, – Это еще вернее будет.

Они помогут.

– Милиция, что ли, помогать? – нахмурился и раскричался Аркадьевич, – Не пойду я ни к каким бандитам!

– Ну, это ты зря! Времена меняются! – ответил опытный Харитонович, и, похоже, обиделся, – Сейчас резко доверие поменяется, вверх тормашками встанет, и будет считаться правильным!

4

Дальше уплыл наш шахматист в неизвестном направлении и оставил нас одних со своим советом. Как писал Сомерсет Моэм: доверяй, но проверяй.