Сотворение Волжской России. 4 книги

Сколько совершеннолетних членов семьи?

– Двое.

– Ну-у, а образование сельскохозяйственное какое или опыт работы на земле, какой-никакой есть?

– Нет.

– Да-а, – и обращаясь к Баркову, Костров сказал, – я ничем не могу помочь. У нас четкая установка: в фермеры записывать только со своим автотранспортом, не меньше трех совершеннолетних и трудоспособных членов семьи, опыт работы в сельском хозяйстве или хоть какое-то специальное сельскохозяйственное образование.

– Да послушайте, у них есть мотоцикл, раз; сыну 17 лет и дочке 16, два; они будут моими соседями, и я им всегда подскажу, как да что.

– А почему бы вашей семье ни пойти в казаки? – снова обратился Костров к Зерновой. – Те будут селиться хуторами по 30 семей-дворов, работать и служить скорей всего колхозом. Ваш муж не казак?

– Нет, офицер запаса.

– Ну вот, тем более, атаман.

– Нет, нет, я его знаю, не захочет он в казачий колхоз.

– Ну не знаю, не знаю. Я решить не могу.

Тут на лестнице появились девушки и среди них, как лом в цветущей клумбе, возвышался Чанов.

Он увидел Баркова, улыбнулся, поздоровался с ним и его спутниками. Ефимыч рассказал ему о возникшей проблеме и попросил пойти навстречу Зерновым.

Чанов немного подумал, махнул рукой дежурному милиционеру:

– Запуская по десять семей, – потом вновь посмотрел на Шуру и сказал, – Ну вот что, пишите заявление, а ты, Константин Ефимыч подпишешь, что ручаешься за них и берёшь ответственность как сосед и опытный фермер?

– Подпишу.

– Ну и отлично. Вот, Михаил Николаевич, оформляйте этих соседей Барковых.

Зал наполнился гудением голосов. Костров, получив указание Чанова, объяснял что-то севшей на его место студентке.

– Ну что, Шура, мы пошли, думаю, вы нас найдёте или уж подождите, часа через два-три я сюда подъеду, провожу Вас.

– Да найдем, спасибо Вам огромное.

– Не за что, – Константин Ефимович подписал снизу поручительство за Зерновых на чистом бланке заявления, и Шура, тепло попрощавшись с Барковыми, села заполнять этот бланк.

Когда Джип, ведомый Константином Ефимовичем, пересёк плотину и проехал по просеке, Барковы обратили внимание на большое количество рабочих, валящих лес и прорубающих просеку к Верхней Мечётке.

– Отлично, строят мост, – довольно сказал притормозивший Константин Ефимович, – завтра можно будет переправить машину.

Добравшись до знакомой переправы, Барков увидел, что вода немного спала, и его плот лежит на берегу у кромки воды.