Сотворение Волжской России. 4 книги

Полторы тысячи человек, из них 250 человек вооруженной охраны. Оружия не хватает, так веришь ли, все охотничьи ружья, что собрали у населения и реквизировали в охотничьем магазине раздали, чтобы хоть по единице на каждого охранника. Да что я тебе говорю, сам же выписывал.

– Да уж. Ничего, через неделю начнет подшипниковый Калашниковы изготавливать, на тысячу штук металла хватит – перевооружим.

– А патроны? Спасибо этим авантюристам, четыре вагона к Калашникову запасли, а дальше?

– Тут уж верно посложнее, но академики работают, им лабораторию на СК выделили.

Думаю, осилят проблему.

– Будем надеяться.

– А не много ли охраны?

– Меньше уже невозможно. Вот посмотри, – Гринёв достал из дипломата старую карту Союза, – южное направление: надо по пути к Баку поставить форты при аэродромах подскока, примерно в районе Астрахани и Дербента. Причем у Астрахани планируется оставить охрану всего в десять вооруженных человек, а в районе Дербента мало одного фортика, здесь узкий стратегический проход между морем и непроходимыми отрогами Кавказа.

Тут и промежуточный порт надо будет строить. Следовательно, ну никак меньше 25 человек тут не оставить. Согласен?

– Угу, – Зенин согласно кивнул головой, глядя на карту.

– Ну вот, а в Баку привести сто двадцать человек первопроходцев с охраной меньше 30 человек просто преступно, учитывая, что там сейчас возможно вассальный Чингисхану эмир способный вместе с соседями поставить под копье и саблю не меньше пяти тысяч отчаянных бойцов. Там тоже надо ставить свою крепостишку и вести ещё охрану мест разведки и добычи нефти.

Как бы не пришлось их ещё усиливать. И так почти везде, а ты говоришь много.

– Трудновато экспедициям придётся.

– А то. Поэтому главный упор мы и делаем на мирные договоры с местными князьями и князьками. Войны, сам понимаешь, дело дорогое и плохо прогнозируемое по результатам.

– Да уж, – опять пробормотал Зенин, вспомнив чеченскую кампанию, потом глянул на часы и заторопился, – пойдём, на заседание опоздаем.

Он вдруг с радостью осознал, что окончательно вписался в команду, которая приняла его «своим».

Ярославцев, заканчивая заседание Совета обороны, вынес предложение об отмене обязательных ежедневных его заседаний. Главные экстренные решения приняты. Механизм военного положения отлажен, и ежедневные совещания превращаются в простой сводочный отчет членов Совета, а для сводок есть телефонограммы. Так что заседания будут теперь только по понедельникам, начиная с той недели.