По стопам богов. Между двух миров

– Надеюсь, что ты прав, – тяжело вздохнул Нахтамон, в ожидании долгих часов рутинной работы с документами.

В подземельях Большого Архива время неумолимо спешило вперёд. Несколько часов кропотливой работы не прошли даром. Нахтамон наткнулся на свитки, согласно которым, семь лет назад в нескольких деревнях Унута в разное время пропадали дети. Он отложил их в сторону, чтобы показать Медути. Писец внимательно осмотрел их, потирая лоб.

– Странное дело, – сказал он. – Дети пропали в совершенно разное время, но нескольких из них связывает то, что они родились почти в один и тот же день.

– Ещё я заметил, что большинство из них родились в семьях работников каменоломен Хатнуба. – Показал писцу свои пометки Нахтамон.

– Прекрасная работа, – похлопал по плечу юношу Медути.

– Но есть проблема, многие из них уже давно покинули септ Унут. За исключением одной семьи…. – Нахтамон развернул старый свиток с именами. – Начальник носильщиков Чау и его супруга. У него есть сын и две дочери, но семь лет назад они потеряли ребёнка, его похитили.

Сейчас они живут в деревеньке под названием Аэнра.

– Значит, отправляемся, туда. – Нетерпеливо бросил Медути и вернул свитки на их места. Учитель и ученик покинули хранилище и отправились на поиски Тотмеса.

Глава 6. Похищенные

Ветер сдувал горячий песок с раскалённых скал. Горизонт расплывался, создавая причудливые миражи на восточных склонах гор. Стадо длинноногих антилоп мчалось по растоптанной дороге к озеру, образовавшемуся после разлива реки.

В этом небольшом оазисе росло несколько финиковых пальм и зелёный тростник. По берегу озера важно расхаживали цапли.

Нахтамон проглотил слюну и внимательно посмотрел на отбившуюся от стада антилопу. Сколько дней у него во рту не было ничего кроме хлебных лепёшек и фиников? Как хотелось ему хотя бы кусочек жаренного на углях мяса. Антилопа, словно услышав мысли Нахтамона, бросилась наутёк.

– Эх, жаль не взял свой лук, – разочарованно пробормотал Кеми.

 – Сейчас бы такой ужин устроили!

– Ничего, вот вернёмся и устроим настоящий пир, – облизнувшись ответил Аха, – с жареными гусями и говяжьим окороком. И всё это под бочонок славного пива.

– Ребята, не травите душу, – обернулся Нахтамон. – Медути, давай устроим привал.

– Хорошо, – произнёс писец, который уже и сам обливался потом.

Он повернул своего верблюда к оазису и мысленно поблагодарил Амона, что не ему пришлось просить о привале.